m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Categories:

Триколорные ублюдки теряют Арктику

Максим КАЛАШНИКОВ

ПОХОД В НЕИЗВЕСТНОСТЬ-2
Научная отсталость РФ грозит ей крахом в нынешней Арктике

Арктика, как и в 1920-1930-е годы, становится ареной противостояния сильных держав. Сегодня на передовой линии оказываются ученые. Именно благодаря им РФ должна доказать свое право на околополюсные участки океанского дна, прочертив линии внешней границы континентального шельфа Российской Федерации (ВГКШ) за пределами двухсотмильной зоны. Именно наука открывает путь к углеводородным богатствам северного шельфа и к успешному использованию Севморпути как трассы общемирового значения.
Однако отечественная планетоведческая наука по-прежнему находится в упадке. Не хватает современного оборудования, экспедиционных кораблей, информационных систем, да просто – денег. Если не изменить положения, то фиаско РФ в Арктике неизбежно.
Сможет ли государство поднять отечественную науку на нужный уровень?


СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА!

Результат отставания отечественной науки налицо. На Западе, например, развиваются глобальные системы метеорологического мониторинга, причем без нашего участия. Пользователями этих систем становятся – за большие деньги – российские предприятия и организации. А отечественная наука уходит в глубокий загон.
Как изменить положение? Нужны инновационные проекты, ориентированные на нужды морских отраслей. Наши ученые готовы к этому и делают такие разработки. Пример? Есть разработанный по заказу Роснауки в ГУ «ААНИИ» (Институт Арктики и Антарктики) адаптируемый комплекс мониторинга и прогнозирования состояния атмосферы и гидросферы, созданный для обеспечения морской деятельности в арктических и замерзающих морях России. Он разрабатывался для специализированного гидрометеорологического обеспечения морской деятельности в арктических и замерзающих морях РФ (транспортировка грузов и нефтеуглеводородов, обеспечение работы портов, береговых терминалов, буровых платформ, изыскательских работ и задач ВМФ). Разработка внедрена в практическую деятельность ОАО «ГМК «Норильский никель»», реализуется в проектах «Сахалин-1», «Сахалин-2» и др. Но в исследованиях Северного Ледовитого океана (СЛО) нужно идти дальше!
Нужно строительство инфраструктуры экспедиционных исследований в высоких широтах СЛО и в арктических морях. Остро необходимо создание технологии мониторинга всей толщи СЛО. В области развития методов и моделей расчетов РФ нуждается в создании новых информационных продуктов на основе новейших технологий сбора, обработки и анализа данных. Требуется провести совершенствование старых и создание новых методов расчета и прогноза различной детализации по времени и пространству. А параллельно – обеспечить развитие фундаментальных исследований океанической среды как физической основы теории и моделирования океанических процессов.
Особой статьей становится развитие информационных технологий и систем. Здесь крайне важно строительство интегрированных систем информационного обеспечения морской деятельности в Арктике. А еще – разработка теоретических основ и создание технологии постоянно действующего мониторинга всей толщи СЛО. Необходимы разработка и внедрение новых технологий оценки безопасности эксплуатации плавающих технических средств во льдах (включая методы анализа природных условий, научно-обоснованной методики определения глобальных ледовых нагрузок на инженерный объект и мониторинга его технического состояния) на базе современного измерительного комплекса на борту нового научно-экспедиционного судна Росгидромета. РФ не обойтись и без создания парка автономных долговременных средств для измерений параметров арктической морской среды и плавучих ледостойких платформ – как базы для организации нового поколения дрейфующих научных станций «Северный полюс».
Необходимо как можно скорее обновить флот научно-экспедиционных кораблей! Состояние нашего научного флота сегодня – форменный национальный позор.
Уже сейчас намечается дефицит экономичных, современных научных судов, способных проводить работы в ледовых условиях, включая зиму. Научные экспедиции не от хорошей жизни проводятся на ледоколах, в том числе и на атомных. А это очень дорого. Атомоходы не для того строились. Ресурс НЭС «Академик Федоров» уже выработан. Судну Росгидромета «Михаил Сомов», главному поставщику ледовых данных для шельфовых проектов в Баренцевом море, уже 32 года. Надежное судно ледового класса, «Сомов» существенно дешевле крупных ледоколов, которые, к тому же, все в большей мере задействуются по своему прямому назначению – для проводки грузовых караванов по Севморпути. Но на очереди более сложное по ледовым условиям Карское море - и Россия может остаться без такого научного судна.
Огромная часть Арктического бассейна остается вне досягаемости российских экспедиций, прежде всего – из-за отсутствия подходящих исследовательских кораблей, из-за нехватки финансирования. У нас нет того, что имеется у западных конкурентов: научно-исследовательских ледоколов. Средний возраст научных судов, унаследованных от СССР, составляет 24 года, а к 2015 более 80% «кораблей науки» должно быть списано из-за износа и плохого технического состояния. Объясняется аховое положение научно-исследовательского флота банально: практи-ческим отсутствием бюджетно¬го финансирования. Для обновления и модернизации флота в тече¬ние 1990-2006 годов у государства денег не находилось. Да и сейчас дают сущие гроши. Если не переломить ситуации, то к 2015 году РФ останется без научного флота.
Сегодня нужно прямо-таки ударное развитие экспедиционной деятельности Российской Федерации в высокоширотных и полярных районах. А такое дело настоятельно требует строительства нового научно-экспедиционного судна для Российской антарктической экспедиции (РАЭ), предусмотренного специальным постановлением правительства РФ. Сегодня оно находится в стадии технического проектирования. Построят его – освободится для работы в Арктике «Академик Федоров». Но и этот корабль сегодня нужно модернизировать, оснащать самым современным оборудованием для получения результатов мирового уровня. Необходима программа проектирования и строительства современного научного флота.
Что здесь нужно сделать?
– спроектировать и построить научно-исследовательское многоцелевое судно усиленного ледового класса водоизмещением 10 000 – 12 000 тонн, с необходимой мощностью силовой установки и неограниченной мореходностью для производства работ в арктических морях. Судно это – оснастить современными лабораториями и устройствами для производства океанографических, геохимических, ледовых, метеорологических, биологических, геофизических и геологических наблюдений, а также оборудованием для постановки океанографических станций и ведениясейсмических и акустических исследований. Новое НЭС должно иметь возможность для обеспечения труднодоступных островных объектов в Арктике (вертолетная площадка, трюмы и т.д.);
- разработать и построить научно-исследовательский ледокол (НИЛ) водоизмещением 15 000 – 20 000 тонн, с мощностью силовой установки 20 000 – 25 000 кВт, ледопроходимостью до 2 м сплошного ровного льда и неограниченной мореходностью. Научный ледокол требуется для работ в Арктическом бассейне и арктических морях. НИЛ должен быть оснащен современными лабораториями и устройствами для океанографических, геохимических, ледовых, метеорологических, биологических, геофизических и геологических наблюдений. ОН должен нести на борту оборудование для постановки океанографических станций, для сейсмических и акустических исследований. НИЛ должен годиться для организации на дрейфующих льдах научно-исследовательских лагерей и дрейфующих научно-исследовательских станций «Северный полюс». Судно обязательно должно иметь вертолетную площадку;
- проектирование и строительство нового научно-экспедиционного судна для Антарктической экспедиции.
Словом, без воссоздания научно-исследовательского флота в Арктике нам ничего «не светит». А вот сумет ли государство справиться с такой задачей? Вопрос! Если в 2007 году РФ заливали потоки нефтедолларов и с финансами проблем не было, то теперь положение совсем иное. Придется государству от чего-то отказываться, но флот НЭС возрождать. Будь моя воля – срезал бы господдержку «Газпрома», заставив его не строить небоскреб ценой в 3 миллиарда долларов в Питере, а на корабли науки денег дал бы. А как решит проблему (и решит ли вообще) власть - не знаю.
Но и экспедиционные суда, к сожалению – не единственная проблема отечественной науки, действующей в Арктике. Не менее остра и другая: устаревшая приборно-измерительная база. Ведь новые и модернизированные корабли нужно «начинять» современной научной аппаратурой. А ее нет. И с этим нужно что-то делать, причем в неотложном порядке.

«ПРИБОРНАЯ» ПРОБЛЕМА

За годы, что протекли с момента гибели Советского Союза, произошли огромные изменения в приборном оснащении науки. Например, той же океанологии. Так, вплоть до 1970-1980-х годов основными приборами океанолога выступали термометр и батометр. Главным оборудованием служила старая добрая лебедка, с помощью коей эти приборы опускались в глубины морские. Лебедки стояли на основных платформах – экспедиционных судах. В 1990-е годы произошел качественный скачок. Теперь главным прибором заграничной океанологии стал комплекс зондирующего профилографа. Он позволяет с высокой точностью получать сведения о вертикальном распределении физических и химических характеристик морской воды.
В нынешнее время разрабатываются и внедряются приборы, которые позволяют делать бесконтактное зондирование вод океана. Они дают возможность определять не только физические и химические характеристики, но и отслеживать параметры динамики водных масс (морские течения, колебания уровня моря, волнение). Огромным шагом вперед стало создание сравнительно дешевых, автономно работающих приборов, способных оперативно передавать полученные данные по спутниковым каналам связи. Именно такая приборная база позволила западной науке начать реальное создание системы оперативного мониторинга океана. Появились и ледовый дрейфующий профилограф (Ice-Tethered Profiler, ITP), и буи слежения системы АРГОС (ARGOS), и полярная наблюдательная зондирующая система (Polar Ocean Profiling System, POPS), и глайдеры.
Если раньше «прибороносцами»-платформами служили исследовательские суда, то теперь – еще искусственные спутники Земли, самолеты и вертолеты, морские суда и катера, подводные аппараты, автоматические станции.
Так обстоят дела у наших соперников в борьбе за «полярную корону» планеты. А что в РФ? В течение 1990-х годов шли быстрые деградация и сворачивание отечественной наблюдательной системы на акваториях традиционной океанографической ответственности России. Все это сопровождалось резким количественным и качественным сокращением приборного парка, уменьшением количества действующих научных судов и других наблюдательских платформ. В конечном итоге, все это завершилось сокращением количества и качества проводимых исследований, «усыханием» потока получаемой информации.
Главной проблемой сейчас стало практически полное отсутствие у РФ океанологических приборов, соответствующих общепризнанным международным стандартам. Сейчас, чтобы выполнить стандартную океанологическую съемку, необходимо приобретать зондирующие профилографы иностранных компаний. Полностью отсутствует отечественное производство доплеровских акустических профилографов и профилографов, устанавливаемых на автоматических станциях.
Почему? Развал Советского Союза уничтожил научное приборостроение. Многие его предприятия оказались «за границей» (на территории Латвии, Армении, Украины и т.д.), где попросту разрушились. Из-за отсутствия спроса умерла элементная база, практически прекратили существование большинство производственных комплексов. Остались немногие связанные с производством метео- и аэрологических приборов предприятия: Клинский и Сафоновский заводы, производственное объединение «Вектор». Сохранились только отдельные экспериментальные производства, но выпускаемая ими продукция не всегда конкурентоспособна на уровне современных мировых измерительных стандартов. Самое тяжелое положение сложилось в области океанографической техники. Практически все приборы, использующиеся в РФ для работ, требующих мировых стандартов качества, закупаются за рубежом. Исключение частично составляют химические и химико-аналитические приборы, среди которых все еще имеются образцы, успешно конкурирующие с западными аналогами. В стране нет надежной элементной базы, поэтому в большинстве выпускаемых приборов используется иностранная электроника.
Зависимость отечественной науки от импорта приборов предопределяет ее отставание от западной. В условиях, когда именно наука выходит на передний план в арктической конкуренции, такое положение просто опасно.
Ученые говорят о том, что нужно создавать государственную систему развития технических средств и приборной базы морских исследований. Иначе как наладить разработку отечественных океанологических приборов современных конструкций, соответствующих существующим международным стандартам? Как обеспечить их производство в необходимых объемах? Необходимо создание отечественной группировки «природоресурсных» искусственных спутников Земли, позволяющих получать широкий спектр данных о состоянии поверхности океана и морей, так сказать, с высоким разрешением.
Надо не только строить новые экспедиционные суда, но и создавать современные глубоководные исследовательские аппараты. Батискафы – если говорить простым языком. А то ведь работать приходится на технике еще советских времен. Исследованиям в Арктике необходима передовая акванавтика. И тут придется проектировать и строить подводные и глубоководные аппараты: обитаемые и автоматические, автономные и управляемые. Ибо без них – как проводить комплексные исследования глубинных и придонных слоев океана? В стратегическом же отношении необходимо сформировать техническую политику РФ в приборной области на перспективу.
Для реализации поставленных тактических задач (развитие отечественных технических средств и приборной базы исследований Мирового океана) необходимо дополнить федеральную целевую программу «Национальная технологическая база» мероприятиями, направленными нав создание и совершенствование отечественных технических средств и научных приборов для всестороннего комплексного исследования вод морей и океанов. Создание отечественной приборной базы возможно путем приобретения патентов на производство гаммы современных измерительных комплексов – с налаживанием их выпуска на существующих в РФ высокотехнологичных производствах. В конце концов, в 1930-е годы мы не стеснялись действовать таким образом – и получили неплохие результаты.

ПРЕЦЕДЕНТ «ПЛАВМОРНИНА»

Конечно, можно сослаться на более важные государственные дела – кризис на дворе! – и ничем из вышеописанного не заниматься. Мол, авось как-нибудь так управимся. Но тогда не стоит удивляться тому, что в 2011 году хребет Ломоносова на уровне ООН признают продолжением Канады, а не русской Сибири. И что иностранцы будут лучше знать нашу Арктику, нежели мы сами. И все наши притязания на околополюсное дно потеряют естественно-научное оправдание.
Я бы посоветовал обратится к истории. В 1921 году Советской России было очень плохо. Разруха после Гражданской войны. Золотого запаса нет. Бюджет перенапряжен. В Поволжье – голод. В конце 1920 – начале 1921 вооруженные восстания крестьян охватывают Западную Сибирь, Тамбовскую и Воронежскую губернии, Среднее Поволжье, Дон, Кубань, Украину, Среднюю Азию. Все более взрывоопасной становилась ситуация в городах. Не хватало продовольствия, многие заводы и фабрики закрывались из-за нехватки топлива и сырья, рабочие оказывались на улице. Особенно тяжелое положение в начале 1921 сложилось в крупных промышленных центрах, прежде всего в Москве и Петрограде. Все это накаляло социальную атмосферу. В некоторых городах начались беспорядки. Весной грянуло восстание в Кронштадте. Потом – восстание тамбовских крестьян.
И в этой обстановке в 1921 году Ленин издает декрет о создании Плавморнина – Плавучего морского научного института! Ему передается недостроенное зверобойное судно «Персей», где оборудуются семь лабораторий. Инициатором дела выступает профессор Иван Месяцев (1885-1940 гг.) Выдающийся гидробиолог и арктический исследователь. В том же 1921 г. Месяцев уходит в научную экспедицию на пароходе ледокольного типа в Баренцево море, исследует северное побережье Новой Земли, идет в Карское море…
Итак, если голодной, холодной и залитой кровью Советской России хватило воли и государственной мудрости, чтобы поднимать отечественную океанологию, то бездействие сегодняшнего государства на сем направлении будет просто преступным…














В настоящее время основной ФЦП по обеспечению проведения государственной политики в Арктике выступает ФЦП «Мировой океан» (подпрограммы «Создание единой системы информации об обстановке в Мировом океане», «Исследование природы Мирового океана», «Освоение и использование Арктики»).
Текущие задачи государственной политики в Арктике могут дополняться, уточняться и совершенствоваться по мере их реализации с учетом развития федерального законодательства, формирование новых программ международного сотрудничества и изменения геополитической ситуации.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment