m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Category:

ДЕЛО О ШПИНЕЛИ-2

Продолжение. Начало - http://m-kalashnikov.livejournal.com/1486759.html?view=79756967#t79756967
Максим Калашников

ДЕЛО О ШПИНЕЛИ-2
Продолжая расследование «Академгейта»

Серьезная болезнь отечественной науки через призму «дела о прозрачной броне».


КЛЮЧ К МОЩНЫМ ЛАЗЕРАМ

Мастер уверен, что именно поликристаллы позволят преодолеть и тот тупик, в который зашла лазерная техника. Позволят создать сверхмощные лазеры. В чем тупик? В том, что нет возможности делать рабочие тела мощных лазеров из монокристалла: он не выдерживает чудовищных нагрузок и разрушается.
- Поликристаллические материалы могут выдержать в тысячу раз больше! – рубит ладонью Виктор Иванович. – Недаром американцы уже создали алюмо-иттриевый поликристаллический гранат. То есть, в алюмниевую кристаллическую решетку ввели иттрий. Но я-то тот же самый материал сделал на пятнадцать лет раньше, хотя тогда еще лишь в ювелирных целях. Как камень для колец. А они применяют его для постройки стокиловаттного лазера. На испытаниях он за десять секунд прорезает сталь в 2,5 сантиметра толщиной. Еще пятьдесят киловатт мощности добавят – и получат полноценное лучеметное оружие. Способное, кстати, и ракеты сбивать. Так что все эти пляски вокруг ракет-противоракет в Европе, по-моему, только прикрытие. Тем самым американцы наших дурачков водят за нос. На самом деле, они ведут дело к созданию лазерного оружия. А Багдасаров, хорошо понимая последствия этого, потому меня и поддержал.
Между тем, в США вновь проснулся интерес к созданию обтекателей ракет их искусственной шпинели. По крайней мере, со специального симпозиума в американском Минобороны в 1998 году.
Мастер же наш уже умеет создавать поликристаллические сапфиры…



НАСТОЯЩАЯ БРОНЯ

Можно ли делать из поликристаллической шпинели настоящую прозрачную броню? Конечно, можно! Шпинель так и называется – броневой.
Держу в руках документ 1995 года. Почти двадцать лет назад на питерском абразивном заводе «Ильич» испытывались образцы алюмомагнезиальной шпинели, изготовленной в тогдашней компании Мастера, «Инкорпорации 4Т». В плитки из шпинели стреляли из старого автомата Калашникова, 7,62-ммллиметрового АКМ. Если уж быть точным, то плитки толщиной в 6 миллиметров клали на подложку из армидной ткани ТСВМ-К4, а потом палили в них из АКМ патронами образца 1943 года. Тем самым определяя скорость предела тыльной прочности этих плиток. Собственно говоря, стреляли по шпинели на полигоне войсковой части 33491 - на том самом Ржевском полигоне для испытаний средств бронезащиты.
Выяснилось, что шпинелевые плитки держат 7,62-мм пулю, обладающую скоростью в 790 метров в секунду. Тогда как стандартные алюмооксидные керамические плитки Б-6 имеют предел в 720 метров в секунду. Это, конечно, не пуля АК-74 с начальной скоростью в 900 м/с, но все же…
Потом было более позднее испытание: поликристаллическая шпинелевая плитка выдержала пять выстрелов из винтовки Драгунова! То есть, она сдержала пули гораздо более мощных, чем АКМ-овские, трехлинейных, пулеметных 7,62-мм патронов.
Плотность стали – от 7,7 до 7,9 грамма в кубическом сантиметре. Плотность алюмомагнезиальной шпинели – 3,58 грамма на кубический сантиметр. Хотя бронежилеты давно не делаются из стали, все равно итоги испытаний впечатляют. Шпинель – действительно броня. Она годна для того, чтобы делать из нее прозрачные элементы военной техники, пуленепробиваемые иллюминаторы для космических, летательных и подводных аппаратов, прозрачные щитки защитных шлемов. Да и многое другое, кстати, что требует и прочности, и легкости, и стойкости к высоким температурам. В принципе, мотор с цилиндрами и поршнями из камня, весящий меньше металлического – это реально. А еще - долговечные сапфировые подшипники скольжения, равные по свойствам подшипникам качения из стали. Пластины композиционной брони для противопульных современных доспехов. И, конечно, те самые обтекатели для сверхскоростных ракет, проницаемые и для инфракрасных, и для ультрафиолетовых лучей. А какие прозрачные шлемы для космических скафандров можно делать? Для водолазов?
- Это еще и бронестекла для автомобилей и вертолетов, - добавляет Мастер. – Причем толщиной в шесть миллиметров, а не сантиметров. Представляете, какая экономия веса для тех же вертолетов?
Злобные комментарии насчет того, что Петрик просто присвоил авторские свидетельства сотрудников ГОИ времен СССР, украл образцы материалов из этого института в начале 90-х и использует установки, сделанные в ГОИ, не выдерживают никакой критики. Ибо установки в Мастера – давно свои, сделанные по его заказам, а не устаревшие «омеги», шпинель он сам производит – и это легко проверить. Если же все это – ГОИ, то прошло уже почти двадцать лет с гипотетической «кражи». Ну, и где тогда новые материалы от ГОИ? Где тонкие бронестекла для летательных аппаратов нашего производства, где – пуленепробиваемые и тонкие стекла для бронетранспортеров? Где все это в серийном производстве?
Нет их. И это – лучшее доказательство факта злобной лжи.
Лучшее доказательство того, чего на самом деле стоит пресловутая Комиссия по борьбе со лженаукой.


ПЕРВЫЕ ВЫВОДЫ «АКАДЕМГЕЙТА»: ИННОВАЦИОННЫЙ ПАРАЛИЧ В РФ

Могу сделать первые выводы из своего расследования нынешнего Академгейта.
Нам на все лады рассказывают о том, что РФ должна перейти на траекторию инновационного развития, что это – единственный шанс для нашего национального выживания. Спорить с этими утверждениями бессмысленно: они – святая правда. Однако инновационное развитие означает самое главное: способность и смелость страны делать то, что не делал до того никто в мире. Порождать нечто принципиально новое. Именно этим отличался Акио Морита, например, первым мире создавший в своей компании «Панасоник» такие продукты, как переносной транзисторный приемник, портативный плейер-«уокмен» и так далее. Все они сильно изменили окружающий мир.
Но это – еще «мягкий» пример. Намного более важны принципиальные инновации, буквально потрясающие основы прежнего мира. Например, создание антибиотиков (пенициллин и далее), изобретение электроэнергетики на переменном токе, овладение ядерной энергией, создание радиосвязи, самолета, вертолета, пластиков, минеральных удобрений, Интернета и т.д. Именно новации такого размаха и глубины нужны нынешним русским, как воздух. Ибо иначе нам не компенсировать ни невообразимые людские потери последнего столетия, ни прогрессирующего старения нации, ни последствий идиотского погрома страны в последние двадцать с лишним лет, ни дикой нехватки молодых и трудоспособных людей, ни тяжелейшего климата и огромных расстояний Большой России. Иначе нам просто не преодолеть того чудовищного отставания от прочего мира, что накапливалось за бессмысленные годы саморазрушения и самопроедания с развала СССР. Без эпохальных рывков мы действительно станем Верхней Вольтой, но теперь уже без ракет, самолетов, атомной энергии и т.д. Без таких прорывов, означающих громадную экономию национальных сил, мы оказываемся в отчаянном, безнадежном положении тупеющего и вымирающего народа.
Но может ли нынешняя РФ создавать подобные прорывные инновации всемирного значения? Способна ли ее наука сотворять и предъявлять человечеству то, что дотоле не делал еще никто в мире? Может ли она быть самостоятельным игроком мировой истории, а не по-рабски плестись вослед за кем-то?
Нет! Она – в инновационном параличе, в рабской зависимости и подражательности, в высокомерной замкнутости теоретиков. Причем болезнь эта началась еще, к сожалению, при СССР. Наша наука боится быть первой, ей непременно нужно кому-то подражать. Пророков в своем Отечестве она слишком часто отрицает. Никакого прогресса с советских времен тут нет. Хуже того: старая болезнь только прогрессировала, превратив РФ в глобальное захолустье, где принципиальные и смелые инновации всеми правдами и неправдами пытаются удавить в колыбели. Причем рука об руку с глупыми и подлыми администраторами от науки действует и погрузившееся в туполобый, мракобесный кретинизм общество РФ. Сопротивление инновациям и зверино-бессмысленная ненависть к их создателям охватывает миллионы обывателей.
Одно лишь это ставит под вопрос выживание нашей глубоко больной нации. Дело о шпинели уже дает множество подтверждение нашим печальным выводам.
Во-первых, постсоветская наука страшно заражена существами, которые носят звание «ученый», но таковыми не являются. Они лишены главного качества настоящего ученого: детской любознательности. Нося высокие научные звания, оные существа отличаются негативным настроением и стремятся только к одному: сохранению статуса и уничтожению всех, кто, в отличие от них, может создавать что-то принципиально новое. Стоит появиться в России настоящему ученому – и его со всех сторон, роями и стаями, атакуют подобные «ученые».
Вместо того, чтобы заинтересоваться новыми данными, подчас опровергающими прежние теории и представления, «ученые» поступают иначе. Ах, эксперименты и созданные установки противоречат тому, о чем говорят теоретики? Ну, тем хуже для экспериментов и установок! Истории Багдасарова и Петрика самым наглядным образом иллюстрируют эту напасть. Вся энергия массы «ученых» направляется не на то, чтобы объяснить новые прорывы и приобрести новые знания, а на то, чтобы уничтожить «возмутителей спокойствия». «Новое может придти только с Запада!» - так в глубине души уверены тысячи слов, носящих звания кандидатов, докторов наук, а иногда – даже академиков. Их главное устремление: не рождать новое, а всячески душить любой намек на то, что отклоняется от прежних догм. Этакий вариант «китайского консерватизма», прогрессирующего застоя. Полностью негативная направленность таких «ученых» самоочевидна. Настоящих исследователей они воспринимают только как конкурентов в борьбе за свою долю бюджетного пирога, каковых лучше оболгать и вообще затравить.
Сами они бесплодны в смысле творчества, их основное занятие – критиковать и лить грязь на творцов, ничем им не помогая. (Достаточно заметить, что технологии того же Багдасарова до сих пор не имеют достаточного теоретического обоснования). Но такой подход крайне разрушителен: известно, что все новое имеет множество уязвимых мест для критики. В этих условиях в Постсоветии рождается невыносимое сопротивление инновациям: их авторы сначала тратят несколько лет жизни для создания чего-то нового, а потом – десятки лет вынуждены отбиваться от вороньих стай бездарных «ученых», норовящих похоронить их заживо. Пока продолжается этот позор, на Западе появляется подобное – и «ученые» подлецы принимают это по-рабски, как священную истину, моментально забывая о том, что то же самое – но в отечественном исполнении – они недавно остервенело топтали.
Все это предопределяет развивающееся отставание Постсоветии от остального мира. Ибо энергия творцов и подлинных, любознательных и пассионарных ученых тратится не столько на творчество и движение вперед, а на выживание и защиту своих прежних новаций. Таким образом мы теряем множество шансов на прорыв, чудовищно замедляем собственное развитие и превращаемся в безнадежных подражателей чужих успехов. То есть, в весно проигрывающих лидерам. Никакое инновационное развитие в сих условиях невозможно, и никакое Сколково здесь не в силах ничего изменить. В этом смысле официальная наука сама превращается во лженауку. А под видом «борьбы со лженаукой» репрессируются авторы возможных принципиальных инноваций. Сколково же становится очередным механизмом смердяковщины, «ползания за мировыми лидерами», а не очагом самостоятельного развития.
К чему все это ведет? Правильно: к тому, что серая масса постсоветских «ученых» выдавливает настоящих творцов за границу, где еще есть шанс реализовать свои замыслы. Либо – просто ломает первопроходцам жизнь и карьеру. Никакое простое увеличение денежных вливаний проблемы этой не решит: деньги окажутся захваченными именно «серыми», понаторевшими в критике и уничтожении неугодных, в захвате административных постов в науке. Сначала нужно создать механизмы защиты истинных ученых от «птичьего двора» из «ученых по дипломам». Проблема эта даже не осознается нынешними властями: ибо и они состоят из особей с психологией лакея Смердякова, из существ, низкопоклонствующих перед всем западным и пораженных комплексом национальной неполноценности. Простая смена власти в ходе свободных выборов (даже если эта утопия и состоится) не принесет излечения от беды «вечной вторичности». Ибо срежется только самая верхушка «айсберга» смердяковщины и обывательщины. Каковой затем опять воспроизведет соответствующую верхушку. Ну, сменится Путальный на Навальцына, однако по сути ничего не изменится.
Таким образом, позднесоветские проблемы науки не только никуда не делись – они стали еще тяжелее. Ибо если в СССР мерзости «научной серости» в основном замыкались в цеховом научном кругу, то теперь, с развитием Интернета и невероятным усилением власти медиа, выплескиваются в «широкий эфир». Теперь научная серость приобретает опору на массы жвачной немыслящей, обывательской сволочи.


О БЫДЛЕ
Эмпирическим путем установлено, что массовый постсоветский обыватель опустился в интеллектуальном отношении (в сравнении с советскими людьми). «Постсовок» намертво заражен настроением: «Ничего нового изобретать не нужно, все уже создано. А если что-то и создается нового, то только на Западе, поскольку мы, русские, ни на что не способны. Нужно не думать самостоятельно, а только копировать успешные страны».
Массовое слабоумие обывателей отныне можно считать фактором нашей жизни. Что мы можем утверждать со стопроцентной уверенностью?
То, что постсоветская толпа не переносит нестандартных людей, она отличается повышенным стадным чувством и ненавидит тех, кто в стадо не вписывается. Но именно ученые-новаторы, изобретатели и великие конструкторы отличаются от стада больше всего. Если бы они были стандартными, то никогда не смогли бы создать нового. Но жвачные и немыслящие двуногие готовы допустить нестандартность в сексуальных отношениях (гомосексуалисты уже почти уважаемы), в жизни пустышек гламурных подмостков (эстрадные дивы и актеры), однако люто не приемлет именно ученых или изобретателей. Видимо, сказывается подсознательная зависть низших по развитию к высшим.
Об этом свидетельствует просто сравнение. Жвачные россияне (и вообще постсовки) практически признали уважаемым бомондом тех, кто беззастенчиво грабил их после 1991 года, тех, кто делал миллиардные состояния ценой гибели миллионов людей. Тех, кто сам обманывал и убивал конкурентов. Нынешние олигархи пользуются даже своеобразным уважением, не сходя с арены СМИ. Их даже признают оппозиционерами, а олигарх Прохоров со своей партией получает приличный процент голосов на выборах в Москве. Косноязычный браток становится президентом Украины. Жвачные практически привыкли, что нувориши выводят из страны гигантские деньги, а свои прибыли тратят на пустое роскошествование, на демонстративное потребление.
Однако человек (или люди), которые свои богатства потратил на то, чтобы в условиях развала и деградации страны закупить научное оборудование, что-то там наладил и потратил на научно-исследовательские работы миллионы, вызывает настоящую ненависть стада. Дело Петрика показывает: ты можешь никого не убивать и не грабить советскую собственность, а все заработанное тратить на исследовательскую деятельность, на оплату труда своих научных сотрудников и дорогие эксперименты. В итоге ты превратишься в объект дикой, темной, почти подсознательной злобы стада жвачных. Тебя будут ненавидеть намного больше, чем Абрамовича, выкидывающего миллиарды долларов на английский футбол, тратящего 90 миллионов долларов на один свой день рождения или платящего миллион баксов голливудскому Бену Стиллеру, чтобы тот изобразил Санта Клауса для маленького сына Абрамовича.

Господи, да если бы все наши олигархи вели бы себя так же, как Петрик, все свои барыши тратя на лаборатории, смелые изобретения, на заказы уникального оборудования и многолетние исследования! Если бы они пускали деньги в науку и технологии, а не в обрыдшие замки, яхты и варварские по расточительности кутежи, не в покупки черномазых футболистов и не в яйца Фаберже. Да мы жили бы теперь в совершенно иной стране. Я был в институте Петрика во Всеволожске и видел, сколько же он успел заказать штучного, уникального оборудования, которое стоит безумных денег из-за того, что делалось на заказ. И чем больше занимаюсь своей книгой, тем больще презираю тупое обывательсское быдло из расеян. Вы ненавидите Путина? Так его власть – всего лишь зеркальное отражение «образованного городского класса». Ведь он Петрика ненавидит намного больше, чем «никелевого» Прохорова, что ни одну высокотехнологичную разработку не дове до конца, но на американских негров-баскетболистов успел выкинуть более миллиарда долларов.

Ибо олигархи и абрамовичи – они «как все». Стадо само хотело бы так жить, просто не повезло ему, к кормушке жвачные не смогли прорваться. А петрики – они «не как все». Они стараются что-то делать, а потому колют стаду глаза. Ибо жвачные немыслящие в Постсоветии предпрочитают вечно плакать по прошлому и уныло-монотонно жаловаться на плохую жизнь сейчас. Но они при этом совершенно не желают думать о будущем и что-то делать самостоятельно. Они пассивны и направлены в прошлое, тогда как неуемные новаторы отличаются кипучей деятельностью и глядят в грядущее. Поведение жвачных постсовков в принципе мало отличается от поведения олигархов. Последние тратят миллиарды долларов на футбол и яхты, а не на станки и технологии, проедая страну. А обывательские кретины покупают автомобили-иномарки в кредит, по сути так же проедая будущее России. Они покупают машин на 70 млрд. долларов в год, а еще 40 млрд. – ежегодно оставляют за рубежом в поездках на отдых. Разница – только в масштабах проедания, не более того. Олигархи РФ и ее массы – родственные души. Потребители. Такие же, как и расейский «креативный класс», который ничего не создает, а только копирует позавчерашний день Запада. А новаторы и исследователи – по сути своей противоположны потребителям.
Оттого толпа обывателей отторгает настоящих ученых и с радостью принимает участие в их травле серыми псевдоучеными. Что объективно толкает Постсветию в мракобесие новых Темных веков. Оные явления не просто не ослабевают, они прогрессируют.
Постсоветия превращается не просто в край иннновационого паралича, а в царство слабоумных потребителей, буквально уничтожающее последних умных и активных людей. В царство восторжествовашего лакея Смердякова, причем что «сверху», что «снизу» - все едино.
И это предопределяет грядущую развилку нашей истории: либо национальная Диктатура развития с подавлением серости и жвачных обывателей, либо – зловонная и позорная смерть русских, больше похожая на сгнивание заживо. Ибо масса жвачных на любых свободных выборах изберет себе подобных, которые «как все».
Да, эти проблемы существовали уже в СССР. И тогда имелись миллионы придурков, готовых сменить великие победы в космосе на джинсы и искреннее не понимавших, что можно иметь и джинсы, и звездолеты. Хватало в той стране и серых администаторов с психологией раболепного подражания Западу. Но в Советском Союзе все-таки были спасительные отдушины для творцов, некие «прямые туннели» для прорывов. Ибо СССР противостоял Западу, участвовал в гонке достижений и вооружений. Работал мощный ВПК, которому нужно было превзойти Запад и решить конкретные возникающие проблемы. Потому в советской «оборонке» принимали самые безумные решения, даже противоречащие господствующим теориям. Главное – работало и воспроизводилось бы в серийном производстве. Именно этот фактор (лазерное соревнование) позволило Багдасарову выжить, преодолеть сопротивление серости и добиться внедрения своих технологий в практику. Потому новатор Х.Багдасаров не повторил судьбу В.Петрика.
Однако могут ли сегодня творцы и смелые новаторы рассчитывать на оборонную промышленность РФ, которая, как нам говорят, возрождается? Нет! И дело о шпинели это показывает самым наглядным образом.

(Продолжение следует)

</div>
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments