m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Category:

Во славу естествоиспытателей! (отрывок "Хроник невозможного")

Стрелец снова погрузился в рассуждения, стараясь говорить лаконично и веско.
Да, задача встала грандиозная: чтобы спасти русских как народ, надо было разделаться с «цивилизацией сетевых кретинов» и снова поднять на подобающее место Науку. Знание. Людей Науки. Ибо только так можно было сбросить со своего народа тот морок, что наслали на нас Чужие, создатели постиндустриального и постмодернового мракобесия. Таким и должен был стать наш «переход через Сиваш» в грандиозной и необычной мировой войне, войне Прометеев против новых Темных веков.
Но как это сделать? Ведь нужны были люди, подобные тем титанам-Прометеям, что и создавали науку современного типа в семнадцатом-девятнадцатом веках. А они отличались какой-то немыслимой мощью интеллекта. Можно только поражаться, чего они достигали, имея в распоряжение самые грубые, самые примитивные инструменты. И чего могли бы достичь такие гиганты мысли, имей они в распоряжении нынешние компьютеры и научную аппаратуру.
Мы долго изучали феномен Основателей Современной Науки. Знаете, кто первый довольно точно вычислил скорость света? Датчанин Оле Ремер в 1673 году. Используя примитивный телескоп-рефрактор, наблюдение за спутниками Юпитера и собственный ум. Эдмунд Галлей в начале восемнадцатого века смог установить, что период обращения Луны вокруг Земли сокращается (вернее, он наткнулся на явление замедления вращении Земли вокруг своей оси), исследуя древние записи о затмениях. Тот же Галлей обнаружил изменение координат некоторых звезда в течение прошедшего до того столетия. Его младший современник, астроном Брэдли, не только вновь измерил скорость света, но и доказал движение Земли в мировом пространстве, измерил гигантские размеры Юпитера и первым сообщил об открытии колебаний в наклоне земной оси.
Отличительная особенность ученых тех времен: они исключительно разносторонни. Один и тот же человек мог заниматься и наукой, и живописью, и механикой, и музыкой. Гениальный Ньютон занимался и физикой, и библейскими изысканиями. О том, насколько многогранным был Лейбниц, даже говорить не приходится. Наука вообще тогда тесно смыкалась с искусством. Диким считалось то, что человек, интересующийся физикой, не интересуется еще и химией, например. То были титаны, тяготевшие к целостности и междисциплинарности. Их с полным правом можно называть естествоиспытателями и натурфилософами, а не учеными в нынешнем понимании сего слова. Но именно это и сообщало им огромную силу.
Естествоиспытатели тех времен отличались фанатичным стремлением к поиску истины и новых знаний. Они буквально горели, отдавая за науку свою жизнь. Их любознательность и незашоренность оставались детскими на протяжении всей их жизни. А, главное, они не доверяли признанным авторитетам, все стремясь проверить в опытах, на практике.
Собственно говоря, наука современного типа возникла в середине XVII века, когда во Франции, Англии, Италии появились мощные, скептически настроенные умы, бросившие вызов старым догмам. Они отказывались верить в то, что говорил Аристотель, который до них считался непререкаемой истиной на протяжении почти двух тысячелетий. Истиной они решили считать все, что прошло проверку опытом, что может быть многократно повторено. Одним из таких бунтарей был знаменитый Торричелли, изобретатель барометра. Именно он первым в мире бросил вызов высказыванию Аристотеля «Природа не терпит пустоты», измерил атмосферное давление и создал вакуум в стеклянном сосуде.
В правление Кромвеля в Англии возникает практически тайное общество естествоиспытателей во главе с Исааком Ньютоном и Робертом Бойлем, называвшая себя Незримой Академией. Этот кружок проверял все. Они препарировали трупы людей и животных, чтобы понять, как работают те или иные органы. Они проверяли все бытовавшие тогда поверья, гласившие, например, что алмаз можно расколоть, помазав его кровью козла. Или что паук, коего посадили в круг, начертанный из истолченного в порошок рога носорога, не сможет вырваться из него. Они действительно мазали камень козлиной кровью и сажали паука в описанный круг. Алмаз не раскалывался, паук успешно смывался из волшебного круга. Все это записывали в протоколы опытов.
Позже, при Карле Втором, Академия станет явной и получит поддержку монарха. Фактически положив начало серьезной науке Нового времени. Те многосторонние Основатели вели переписку с собратьями-фанатиками новой науки по всему белому миру. Переписывались они, например, с голландцем Левенгуком – основоположником микроскопии, первооткрывателем микроорганизмов. С еще одним фанатиком науки, который десятилетиями занимался своими микроскопами, не думая при этом о богатстве. В одном из своих писем Левенгук писал:
«Профессоры и студенты Лейденского университета уже много лет тому назад были заинтересованы моими открытиями; они наняли себе трех шлифовальщиков линз для того, чтобы они обучали студентов. А что из этого вышло?
Насколько я могу судить, ровно ничего, потому что целью всех этих курсов является или приобретение денег посредством знания, или погоня за славой с выставлением напоказ своей учености, а эти вещи не имеют ничего общего с открытием сокровенных тайн природы. Я уверен, что из тысячи человек не найдется и одного, который был бы в состоянии преодолеть всю трудность этих занятий, ибо для этого требуется колоссальная затрата времени и средств, и человек должен быть всегда погружен в свои мысли, если хочет чего-то достичь…»
Золотые слова, объясняющие то, как были достигнуты тогдашние эпохальные открытия. То, как тогдашние титаны-Прометеи сделали гигантские шаги в познании, обладая только самыми примитивными инструментами и приборами. Фанатичные усилия длиной во всю жизнь и страстный поиск знания, неутолимая любознательность, отсутствие преклонения перед авторитетами, неутомимая готовность сомневаться в «непогрешимых истинах», стремление все проверить экспериментом – вот залог их успехов. И еще, добавим, очень часто - соединение науки с искусством, другим путем познания.
Последний всплеск такого наблюдался в девятнадцатом веке, когда в молодой Америке создавались соединенные общества науки и искусства. Когда ум людской был воспламенен открытием Фламмариона – каналами на Марсе. Когда дирижер оркестра Морской пехоты Филип Суза мог написать одержимый «Марш прохода Венеры через солнечный диск» - и столь же одержимо дирижировать его исполнением. Тогда же молодой Тесла совмещал поэзию и высокую науку…
Нет ничего более далекого от «цивилизации» рассеянных, не умеющих концентрироваться на чем то-то более пяти минут, обитателей соцсетей, нежели мир таких Прометеев. И если мы хотим покончить с новой тьмой и вновь сделать человека великаном, нам нужны именно такие ученые. Натурфилософы, разносторонние естествоиспытатели. Да, с поправкой на возросший объем знания, но – с той же силой интеллекта, со стремлением к поиску. Можно только кусать локти от того, что у тех основоположников современной науки не было туннельных микроскопов, космических аппаратов и ускорителей элементарных частиц. Ведь они совершали величайшие научные открытия буквально при свечах. Господи, как необходимы такие блестящие умы в наши дни!
Но соответствует ли современная наука – с ее невиданным ранее техническим оснащением – сему идеалу героя-натурфилософа?
Нет! Она сейчас впала в свое мракобесие.
Мы все знаем, что сегодняшний ученый, причем слишком часто - злобный и ревнивый то ли бюрократ, то ли «рубитель бабла». Как правило, он получает вознаграждение от того, какие звания и должности им получены, а не за поиск новых знаний и не за то, что он решил ту или иную проблему рода людского. Потому главное для такого «ученого» - получить как можно больше званий и титулов, побольше выбить денег из бюджета и спонсоров, утопив для этого соперников. Чаще всего современный «ученый» защищает свою теорию, буквально уничтожая все, что ей противоречит. Все, наверное, помнят горькие слова Нильса Бора о том, что продвинуть новое в науке можно лишь тогда, когда вымрет прежнее поколение «научных светил». Современные ученые могут десятилетиями жевать свои темы, отговариваясь тем, что «отрицательный результат – тоже результат». У таких «ученых» атрофированы гражданские чувства. Они могут затоптать копытами даже жизненно необходимую стране новацию, коль она угрожает благополучию их «научной школы», их статусу непогрешимых «светил». Если она исходит не из их «мафии». Топить и уничтожать конкурентов самыми бесчестными методами – обычное дело в такой науке.
Но едва только появится кто-то, кто, не имея громких академических титулов, совершает прорывы и находит решение той или иной проблемы – и стая «официальных ученых» дружно набрасывается на него, стремясь разодрать в клочки и утопить в грязи. Ибо такие люди наглядно показывают убожество многих ученых, их бездарность, их – как метко заметил Юрий Мухин – паразитизм. Ибо гении, появляясь сегодня, нарушают уютный мирок паразитов от науки, которые десятилетиями доят деньги из общества, собирая дипломы и звания – но не давая ничего практически полезного. И паразиты мстят.
Какое тут, к черту, соединение науки и искусства? Какой энциклопедизм? Большинство ученых замкнулось в раковины узкой специализации, физики не читают «Химию и жизнь», а в науке процветают гангстерские нравы. Ну, когда покусившийся на чью-то «территорию» и монополию начинает убиваться всеми мыслимыми способами. Когда в угоду сохранению своего статуса уничтожаются даже самые прорывные разработки. В этом мире Прометеи-Опережающие всегда – объекты дикой ненависти, черной зависти и самых отвратительных приемов уничтожения. Можно смело утверждать, что в текущей реальности люди с качествами тех самых гигантов-натурфилософов прошлого, новые лейбницы, да винчи и ньютоны, забрасываются грязью. Их объявляют сумасшедшими и шарлатанами, «лжеучеными» и прожектерами.
Такое состояние науки – тоже составная часть спускающейся на человечество Тьмы.


</div>
Tags: Максим Калашников, Темные века, новое варварство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments