m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Бой за русскую историю (4)

Максим Калашников

НАЦМАЗОХИЗМ. КТО ЭТО ПИСАЛ?

Почему Изборский клуб выступил против так называемой концепции учебника отечественной истории, выдвинутой академиком А.Чубарьяном (Институт всеобщей истории РАН) и Я.Кузьминовым (Высшая школа экономики))


Продолжаем наш разговор о пресловутой концепции преподавания отечественной истории. Как мы уже показали, по сути она несет в себе либеральную интеллигентскую гниль – антисоветчину, преклонение перед Западом, отказ от русской цивилизационной самостоятельности. По сути, она оправдывает 1991 год и последующие преступления «реформаторов». Никакого национального исторического канона не вышло.
Наши эксперты продолжают исследовать оную концепцию буквально со всех сторон.

МИХАИЛ ДЕЛЯГИН: НЕ НАВЯЗЫВАЙТЕ БОЛЕЗНЬ СТРАНЕ!

- Данный документ - бессвязный набор слов. Они писался левой ногой в прямом смысле этого слова. Там пропущены запятые, там по-разному пишутся некоторые слова в тексте, там есть вульгарные грамматические ошибки, там есть и грубые ошибки фактические. Например, Ленинград был разблокирован не в январе 1943-го, как написано здесь, окончательно блокаду сняли в январе 1944 года, - возмущен Михаил Делягин. - Если мы попытаемся в этом наборе слов найти здравое зерно и содержательные вещи, то ощущения возникают очень неприятные. Я не читал «учебник» Зубова или того, что писали наши либералы в 90-е годы, поэтому, может быть, на фоне всего этого предложенная нам концепция - какой-то шаг вперед.
Но относительно здравого смысла – это явный шаг назад. Потому, что учебник истории принципиально отличается от учебника ботаники. Например. Ибо он - инструмент формирования народа. Учебник истории объясняет: кто мы такие? Какое мы общество? Зачем мы существуем? В чем заключается наша общность? В чем - наши общие цели и интересы? Кто - наши общие друзья, а кто - скажем толерантно - недруги. Сознание человека формируется вот в этой системе координат при помощи:
а) учебника истории;
б) учебника литературы.
Но литература – по части морали, а учебник истории – мерило по общественно-политическим вопросам.
Коротко резюмирую: этот учебник - либеральный учебник. А что такое современный современный либерализм? Это - не интересы одной личности, а интересы глобального бизнеса. И этот учебник исходит из того, что главным и правильным в мире является мировое развитие помимо России. Он учит, что Россия - не самостоятельная ценность, а только лишь часть охвостья чего бы то ни было. В целом этот учебник, с моей точки зрения, враждебен России. Почти к каждой его странице можно сделать огромное количество замечаний. Достаточно открыть его наудачу и читать. Почти к каждой, открывать наудачу и читать.
Понимаю, что, наверное, регентство Елены Глинской - очень важный вопрос. А опричнина, выходит, нечто неважное. Но опричнина – еще ладно. В учебнике нет, как самостоятельных явлений, ни Пушкина, ни Достоевского, ни Льва Толстого. А ведь они выступают элементами формирования общества, элементами формирования народа, а не просто какими-то там культурными явлениями. Они только помянуты через запятую со всеми остальными деятелями культуры.
Как экономист, вижу: здесь крайне мало социально-экономических вопросов, особенно до XVII века. Но экономика есть и до формирования Киевской Руси, и в XVII веке.
Очень много во вводной части говорится об интернет-блоке, о необходимости интерактивности, мультимедийности. Дальше тема исчезает, никаких намеков на нее больше нет. Очень странным кажется то, что любой вопрос описывается два раза подряд. Сначала он описывается в общих формулах, потом - чуть поподробнее. Понимаю, что если бы он описывался второй раз подробно, с выводами, с причинно-следственными связями. Но он описывается лишь немногим детальнее. А в результате выходит просто набивание объема.
Согласен с тем, что авторы концепции искренне думали о том, что никто и никогда их труда читать не будет. Они говорят нам о необходимости единства исторического взгляда. Но тут нет никакого методологического стержня, ни хорошего, ни плохого. Это понятно, если рассматривать Россию как бессмысленный придаток к мировой цивилизации. У бессмысленного придатка ничего целого и ничего последовательного быть не может. Но если исходить из слов о патриотизме, которые поневоле там мельком проскакивают, то исторического стержня у такого «патриотизма» нет. У марксистов стержнем выступает экономически-технологическое развитие, у романтиков - череда героев. А здесь - полная пустота. И безумный перегруз фактическим материалом, каковой призван эту пустоту как-то замаскировать. При этом даже пресловутая «вписанность в мир» совершенно недостаточна. Везде говориться о внешнем культурном влиянии, об иностранцах, но нет даже, прости Господи, Мюнхенского сговора. Есть договор, но не сговор. И то он там – мельком, без подробностей. А почему? Потому, что без него нельзя описать пакт Молотова-Риббентропа. То есть, если привязывать Россию к мировой истории и культуре и рассматривать, что действительно происходит в России и что происходит в мире, тогда унизить Россию просто не получается.
Ну вот, например, у нас карточки отменили раньше, чем в Англии после войны, хотя уровень разрушений наших стран несопоставим.
Обратимся к методологическим вопросам. В 1991-2012 годах рассматривается только РФ, остальное постсоветское пространство полностью выпадает из поля зрения. Это может быть правильным или неправильным с методологической точки зрения, но есть некоторый мир, где все еще говорят по-русски. И очень забавно, что до 1991 года мы изучаем Советский Союз, а после волшебным образом исчезает половина этой территории, остается только Российская Федерация. Это непонятно.
Не очень понимаю, зачем в конце каждого раздела поместили так называемые «трудные вопросы»? Предполагаю, что авторы ими хотели помочь преподавателю. Но их набор удивителен. В «трудных вопросах» нет Куликова поля, нет татаро-монгольского ига. Ну и что, что оно заменено ордынским? Все равно будут спрашивать про иго татаро-монгольское, это впечатано в голову. Взятия Казани, по-моему, тоже нет. С другой стороны, нет двух Чеченских войн, которые, как вы ни крутитесь, но в период с 1991 по 2013 год попадают.
Дальше начинаем читать. Ложь начинается с первого абзаца. Потребность написания нового учебника, оказывается, диктуется развитием мировой исторической науки. Это неправда! Мы все это понимаем. Страница вторая. Говорится о необходимости комплекса мероприятий, направленных на развитие информационного пространства. Ничего не говорится об этом пространстве, об этом комплексе мероприятий. Зато четко фиксируется, что без них реализация концепции невозможна. То есть, люди понимают, что все это завалится что все это неработоспособно и на второй же странице делают закладочку, чтобы все это потом задним числом оправдать. Среди задач нет главной: научить людей думать. Нет задачи воспитать патриотизм: он там потом появляется походя, через запятую. Гордости за свою страну и за свой народ тоже не существует в принципе. Говорится замечательная вещь (третья страница, цитирую):
«Надо применить новый поход к истории российской культуры как к непрерывному процессу обретения национальной идентичности…»
А поскольку не раскрывается, что такое российская, а не русская, культура и не разъясняется суть нового подхода к ее истории, не раскрывается и т, в чем суть национальной идентичности. Строго говоря, вообще неясно, о какой нации идет речь. Не о россиянах же! Перед нами - опасное словоблудие и опять-таки, возможность произвольно ликвидировать чужие учебники. Потому, что исходя из этой позиции, можно все, что угодно, объявить неподобающим.
Новая концепция, ни больше, ни меньше, объявляется общественным договором. Но, простите, а кого с кем? Напомню, что у нас есть академики, которые вполне официально призывают освободить Россию от бремени Сибири и Дальнего Востока. Если тысяча экспертов участвовали в этом деле, то это все равно не общественный договор – перед нами всего лишь эксперты.
Говорится о необходимости сохранения плюрализма оценок и суждений. В переводе на русский язык, это отрицание наличия истины. Не той или иной истины конкретно, а отрицание возможности истины как таковой. То есть, получается, что у нас на одной странице будет «Слава советском народу, народу победителю!», а, с другой стороны, если бы не эти ветераны, пили бы сейчас баварское пиво. И. т.д. Неужели мы по 80-м годам не выучили, что плюрализм - это шизофрения?
Авторы концепции заявляют, будто ее методологическая основа - базовые ценности гражданского общества, социальность и солидарность, безопасность, свобода и ответственности. Слова очень хорошие, но непонятно, это к чему? Какое отношение безопасность имеет к методологическим основам? Почему не развитие животноводства по братьям Стругацким? Основа разработки концепции, как здесь написано – Конституция, послания и поручения президента Российской Федерации. То есть, люди не знаю, что учебник - не юридический документ, что отдельно существует юриспруденция, отдельно - образование.
То есть, это не просто низкопоклонство, а просто непонимание того, чем вообще эти люди занимаются.
(Реплика Андрея Фурссова: «Концепцию писали люди, привыкшие руководствоваться решениями съездов КПСС и руководящими документами коммунистической партии»…)
М.Делягин:
- Боюсь, что это не бывшие коммунисты писали – они разные бывают, давайте хоть на бизнес посмотрим - такое ощущение, что это - возрастные изменения. Причем необратимые и заразные, распространяющиеся даже на молодых.
Методологическая основа концепции – толерантность. Господа, в истории, в том числе и новейшей, она присуща только покойникам. Надо учиться у Запада в этом вопросе: ни грана толерантности, не только к нам, но и к приговоренным ими к быстрому уничтожению. И это заболевание навязывать стране нельзя!

АВТОРА – И АВТОМАТ КАЛАШНИКОВА!

- В концепции говорится о необходимости локальной истории: преподавании прошлого родного города, села. Простите, но это называется одним словом: «краеведение». Но зачем оно в школе? Мы прекрасно помним, каком кошмаром стало москвоведение в нашем замечательном городе. То есть, это тоже не совсем правильный подход, - продолжает М.Делягин. - Нам говорят, что освещение проблем духовной и культурной жизни России (страница 7) выступает одной из важнейших страниц исторического образования. Согласен, что одной из - но не больше. Но ни одной другой задачи не прописано, и возникает впечатление, что это – главная задача. Плюс к этому освещение проблем в принципе не может быть задачей образования. Потому, что людям необходимо объяснять, что же происходило на самом деле. Феерический бюрократический воляпюк (когда у школьников одновременно будут воспитывать и патриотизм, и толерантность), это, что называется, «пожалейте детей». Поскольку у них разрыв мозга будет.
В концепции в принципе нет гордости за российские и советские технологии. Нет гордости за инженеров, они забыты полностью. Есть культура - но о технологиях не говорится. Когда говорится о других народах, то лишь вскользь. Принципиально забывается отличие Российской империи от других. Например, то, что мы многим народам создали письменность, интеллигенцию, национальную управленческую и экономическую элиту, все это - в ущерб себе. Мы привыкли говорить, что это делали в Советском Союзе, но это было и в царской России! То есть, последовательное, ускоренное развитие окраин. Причем ни один народ не был уничтожен, в отличие от многих, скажем так, формально более цивилизованных стран.
Наконец, согласен: в концепции нет никаких указаний на изучение специфики России, которая многогранна. Действительно, к каждой странице можно наговорить десятки замечаний, я дошел до восьмой. Вообще, к этой концепции надо прилагать автора и автомат Калашникова…


ЮРИЙ НИКИФОРОВ: МЫ ТАКОГО НЕ ПИСАЛИ!


Юрий Александрович Никифоров, старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, защитил честь своих коллег, фактически открестившись от авторства ублюдочной концепции.
- Как я оказался среди разработчиков этого стандарта? – рассказывает он. - На заседании рабочей группы было обращено внимание, что Великая Отечественная война вообще отсутствует в стандарте как раздел. Ее нет! Она включена в сталинизм, в период сталинизма. В связи с этим ко мне и еще ко двум специалистам по истории Великой Отечественной поступило предложение: подключиться и написать соответствующий раздел для того, чтобы можно было его выделить именно как отдельный раздел этого стандарта.
Текст мы написали и представили. Дальше я участвовал в двух-трех заседаниях, где это все обсуждалось, и последний раз получил вариант этого стандарта в Общественной палате, где какая-то комиссия заседала. Получил уже после того, как экземпляр его был представлен президенту.
Проблема-то, понимаете в том, что вот я сейчас сам читаю тот текст, к которому вроде бы имел отношение, прикладывал к нему руку, но я этого не писал! То есть, часть «Советско-германский договор о ненападении», которую мы предложили, исчезла! Вместо этого стоит фраза: «Негативные тенденции в экономике СССР». И это применительно к 1940 году, когда страна уже была переведена на военные рельсы! Зато там вставлена Катынская трагедия. Ну не вставлял я Катынскую трагедию!
Дальше: безобразное выражение «коммунистические комиссары». Сразу представляю этого человека, который мог это вставить: коммунистические комиссары подлежали уничтожению. Ну ни один человек, воспитанный в нашей культурной традиции, так не скажет!
То есть, главная проблема, на мой взгляд, связана с тем, что мы не знаем поименно авторов каждого конкретного раздела. Конечно, при дальнейшей работе и обсуждении надо требовать, чтобы на всех этапах эти фамилии были указаны в каждом разделе. Тогда можно будет говорить и предметно обсуждать, и предлагать, а иначе (из-за многоразового редактирования) получается некая братская могила. Ее реально кто-то редактировал, реально кто-то эти безобразные фразы писал. Создается впечатление, что это писал в том числе и я. Хотя никакой ответственности в данном случае, за конечный результат брать на себя не буду.
Сама по себе технология изготовления вот этого продукта нуждается в некоей корректировке. Надо требовать прозрачности.
Если пойдет речь о написании какого-то конкретного учебника, надо заранее объявить и коллектив авторов, как это было при Сталине. Тогда сразу мы можем посмотреть его работы и понять, в каком ключе будет написан данный текст.
С моей точки зрения человека, который регулярно работает со студентами и бакалаврами, начинать-то надо с другого. Сейчас система исторического образования такова, что даже введение единого учебника мало что даст для воспитания гражданственности и патриотизма. Ибо истории, как предмета в жизни студента и в жизни школьника, не хватает. Прежде всего, вот эта система ЕГЭ, на мой взгляд, разрушительно действует уже потому, что реально старшеклассники (10 и 11-й классы) выбирают и учат только те предметы, по которым они собираются сдавать ЕГЭ. И поэтому, когда у меня весь первый курс на каком-то факультете не знает элементарных вещей, я спрашиваю: «Почему?». Они мне отвечают: «Мы же ЕГЭ не сдавали!» Я говорю: у вас же история была! А мне в ответ: ну, мы же учили уже только три предмета, себя натаскивали на ЕГЭ. А остальные предметы - забросили.
И вот эта та реальная ситуация, которая складывается в силу самой этой ЕГЭ-системы. И в вузе история постепенно минимизируется, количество часов постепенно сокращается и все патриотическое воспитание, которым правительство предлагает заниматься, обречена идти в виде общественной деятельности. В форме дополнительного образования. А никак не в свое «святое» для любого учителя или преподавателя время, которое называется уроком или парой.
Но, тем не менее, вы понимаете, что сама идея единого учебника – здравая. Она уже может быть торпедирована. Полно заинтересованных структур, которые хотели бы утопить саму идею единого учебника. Единый же учебник необходим потому, что много часов истории в регионах растаскивается именно на краеведение. Уже наблюдается очевидный распад вот этого единого образовательного пространства, когда многие приезжие студенты имеют в голове свой собственный вариант истории страны. И непонятно: они граждане единого еще государства, или это люди, у которых разная совершенно картина исторического прошлого в голове?
Главная задача единой концепции - отобрать исторический материал так, чтобы вызвать у ученика уважение к собственному прошлому, вызвать чувство сопричастности. Учащийся должен приобрести некую идентичность гражданина Росси. Или же идентичность может быть сформирована как причастность к русской культуре. Здесь он ее не получает!
Почему? Здесь воспроизводится старая, либеральная концепция 90-х годов, где вся история России представлена, как история болезни. Учащегося толкают к закономерному выводу о полной нежизнеспособности традиционного российского государства.
Мне вот даже интересно: все видят это? Вот я открыл документ наугад. Страницу 68. Всего в одном абзаце – мрак полный. Нарастание застойных тенденций и кризис, замедление темпов, исчерпание потенциала, трудности развития, замедление научно-технического развития, отставание от Запада. То есть, сплошная история болезни страны. Надо понимать, она распалась совершенно закономерно – и туда ей и дорога. Вот в чем беда…
Боюсь, что наша критика с точки зрения исторической науки или какого-то даже гражданского участия, будет иметь действенность только в том случае, если параллельно будут подключены какие-то общественные механизмы. Когда мы потребуем большей прозрачности в работе рабочей группы, некоей персональной ответственности за каждую страницу в будущем учебнике…

</div>
Tags: Изборский клуб, Максим Калашников, Михаил Делягин, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments