m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Categories:

ГЛЯДЯ С ПОЗИЦИИ БОЛЕЕ РАЗВИТОЙ ФОРМЫ ЧЕЛОВЕКА

Предыдущий текст -
http://m-kalashnikov.livejournal.com/1965067.html
Максим Калашников


ГЛЯДЯ С ПОЗИЦИИ БОЛЕЕ РАЗВИТОЙ ФОРМЫ ЧЕЛОВЕКА
Позвольте говорить это на правах существа, стоящего на более высокой ступени эволюции, нежели цифроидиоты. Воспитан автор сих строк на великой белой футуристике. Мое будущее – не гей-парады и не сонмища запущенных, становящихся (извините за столь солдатское выражение) чмошниками идиотов-геймеров, а рослые и сильные звездолетчики. В комбинезонах с открытым воротом, с сильными шеями и волевыми подбородками. Мне нужно будущее, где белые – повелители Вселенной, создатели сверкающего и чарующего мира. Мира преображенных миров и фотонных кораблей с околосветовой скоростью. Меня тошнит от архаичной чертовщины и от постиндустриальной ахинеи. Я хранил и буду хранить книги своего детства, вроде «Альфы Эридана» 1960 года издания. Они будут стоять на моих полках вместе с книгами по истории русско-советской космонавтики, по архитектуре и урбанистике Третьего рейха, по экономике сталинского рывка и футурологии.
У меня – странная память, читатель. Когда я читал «Альфу Эридана»? В 1977-м. Найдя эту книгу у московского букиниста тридцать шесть лет спустя, я на миг вспомнил запахи и звуки того – великого – мира. Мира, где мечтали о звездах, а не о скотском потребительском «щастье». Я листаю книгу уже зрелым человеком и поражаюсь. На ее страницах сверхлюди с огромной силой воли летят к иным звездным системам. Рискуя жизнью, преодолевают облака антигаза и гравитационные ловушки. Сталкиваются с необычными формами жизни: кристаллической, живущей в сотни раз быстрее, чем человек. Здесь люди-полубоги повелевают фотонными двигателями и квантовыми преобразователями энергии, запускают мезонные ракеты, составляют сложнейшие программы для клмпьютеров-ЭВМ.
Господи, но ведь это всего лишь 1960-й год! От страшной войны, от руин Сталинграда и от гитлеровских виселиц прошло менее двадцати лет. С последнего голода в СССР, с 1947 года – всего лишь тринадцать зим. И писали все эти повести с рассказами те, кто рос при Сталине, в суровом быте тогдашнего Союза, кто прошел войну или живо ее помнил. Их окружали громоздкие, словно комоды, ламповые приемники. Нелепые для глаза современного человека, громоздкие телевизоры с черно-белыми экранами размером с почтовую открытку. Да и не в каждом доме они были. Это был мир примитивных грузовиков ГАЗ-53, автомашин «Победа» и «Волги ГАЗ-21» с решеткой радиатора, похожей на акулью пасть. В этом мире даже цветное кино еще было редкостью. В шестидесятом еще только-только собьют ракетой самолет-шпион Пауэрса. Гагарин полетит лишь в следующем году, а со старта первого в мире, русско-советского Спутника, минуло неполных три года. От запуска первой в мире ядерной силовой станции в Обнинске не протекло еще и шести зим, от выхода в море первого атомохода «Ленин» - и года еще не пролетело. До первого лазера Басова и Прохорова – еще два оборота Земли вокруг Солнца.
Но – боже мой! – какой же неимоверный напор самой дерзкой мечты устремляется на тебя с пожелтевших страничек этой книжки! Какой неукротимый человек-гигант шествует по ним. Какая дерзкая раса покорителей Вселенной встает перед нами. Какое фанатичное, неудержимое стремление в глубины загадочного космоса! Какое величие нашей Человека-победителя. Ведь все это было энергией Победы 1945 года и веикихз свершений первых пятилеток СССР. Без всякого усталого, упадочного цинизма последующих, жалких «эпох».
«…Теперь Ло Вей и Патрик Лоу мчались по улицам Астрограда – мимо куполов и стометровых мачт Радионавигационной станции, мимо сияющих пластмассовой отделкой и стеклом жилых домов, мимо гигантских ангаров, где собирали новые ракеты. Всюду было много людей. Они работали в ангарах, шли по улицам, играли в мяч на площадках парка, купались в больших бассейнах. Рослые, великолепно сложенные, в простых одеждах, с веселыми или сосредоточенными лицами, они были красивы. Эта красота лиц, тел и движений не была нечаянным даром природы, щедрой к одним и немилостивой к другим, - она пришла к людям как результат сытой, чистой, одухотворенной трудом и творчеством жизни многих поколений… Шли, обнявшись, девушки по краю улицы и пели. Под развесистым темнолистым дубом сосредоточенно возились в песке дети.
…Город кончился, стали видны заслоненные домами скалы. Ло и Патрик мчались к космодрому, к жерлу 500-километровой электромагнитной пушки, нацеленной в космос. Они поднялись на высоту и сейчас видели целиком блестящую металлическу нить, ровно протянувшуюся от Астрограда к высочайшей вершине Гималаев – Джомолунгме. Вот из жерла пушки в разреженное темно-синее пространство вылетела сцепленная вереница грузовых ракет…»
Это талантливый и уже ушедший от нас Савченко. Тот, чьи книги вдохновляли нас с Родионом Русовым на труд «Сверхчеловек говорит по-русски». Его рассказ «Вторая экспедиция на странную планету».
«…Многочисленные каналы прочертили белыми извилинами субтропическую зелень, в которой утопал Город Вечности. В свете бледной зари постепенно вырисовывались поляроидные крыши Дворцов Отдыха, многокилометровые эскалаторы, всползающие на холмы, лестницы и террасы, чаши радиотелескопов. Вокруг колоссального памятника Скитальцу Космоса дрожал пояс белой пены, а искусственное озеро будто застыло в утренней прохладе. По мере того, как ширилось розовое небо, стали выдвигаться здания на склонах, точно стада неведомых зверей, спускающихся с гор. Прямые проспекты, пустынные в этот ранний час, уходили вдаль, и ливанские кедры вдоль них стояли неподвижно, как часовые в заколдованном сне. Полные доверху бассейны казались серебряными щитами, брошенными здесь древними завоевателями. Маяк Космоцентра стал бледнеть. Явственно выступила из мрака циклопическая эстакада, выгнутой параболой перекинувшаяся через южную часть небосвода; точно стоногий великан, она шагала своими километровыми опорами по долинам и перевалам, все выше и выше поднимаясь к звездам, пока ее выходная арка не достигала вершины Джомолунгмы…»
А это – из собственно «Альфы Эридана» А.Колпакова.
Это – образы той Великой Мечты, которой я останусь верен до конца своих дней. На фоне их мне особенно ненавистен мир воспаленного и бесплодного бреда виртуальных пространств. Мир злобного аутизма и болезнено-патологической порнографии. Мир бесконечных пустых «фэнтэзи». Я помню картинку из газеты «Коммерсантъ» 1992 года: о провале конкурса на русскую научную фантастику. Космонавт, снявший шлем, изливает содержимое своего желудка в раковину рукомойника. И в его блевоте – далекие туманности и звезды. Помню, как сжалось тогда он ненависти мое сердце. Ибо приходил совсем иной мир: кривляющийся, как фигляр, похожий на мерзкого и похотливого карлика. Мир крикливого, но глупого богатства. Мир миллионов бывших людей с тусклыми, пустыми взорами.
Я ненавижу все это! Мне нужна великая футуристическая мечта белого человека.


CCCР КАК НАДЕЖДА БЕЛОЙ РАСЫ

Я вырос в великой стране, что была последней надеждой белой расы – в СССР. Конечно, Советский Союз, по моему убеждению, страдал от глупо понятого интернационализма и доводил его до абсурда. До смерти своей не изменю своего мнения: строй будущего надо было создавать для белых славян. Для русских: великороссов, малороссов-украинцев и белорусов. И тех, кто принимал великую русскую культуру, шел с нами. Нам ни к чему было тащить в ефремовское будущее миллионы обитателей аулов: они неисправимы. Они очень быстро вернулись к своим тысячелетним привычкам, едва только погиб СССР.
Но в Советском Союзе было много умного и драгоценного для сохранения силы и мощи белой расы. Именно там совмещали труд и теорию, создав лучшую в мире советскую школу. Школу как мини-университет. Шпицер сегодня пишет, что уход в безделье и виртуальщину ведет к неразвитию мозгов? Но еще великий наш писатель Максим Горький говорил: «Руки учат голову, затем поумневшая голова учит руки, а умные руки снова и уже сильнее способствуют развитию мозга». Горький сказал это за восемьдесят лет до современного исследователя цифрового слабоумия. У истоков Советского Союза стояли настоящие, прозорливые мудрецы, постаравшиеся заложить в общественную систему моей великой Родины множество механизмов-предохранителей от дегенерации белых. Множество вроде бы незначительных, но крайне важных мелочей. И только сейчас, в канун своего пятидесятилетия, я осознаю это.
Мы, молодежь СССР, работали руками и на станках - на уроках труда. До конца жизни буду помнить трудовика моей одесской школы № 35 Вадима Абрамовича, громадного и мускулистого, аки пирата из романов Стивенсона. Мы обожали его уроки, где он периодически переходил с русского на английский, рассказывая нам то о службе в танковых войсках Империи, то о разгроме Великой Армады испанцев в 1588-м, то о подвигах наших подводников. И в той же школе мы – по обычной советской программе – изучали основы точных наук, проходили курс астрономии. На музыке милейшая Мария Марковна знакомила нас с шедеврами мировой музыкальной культуры. И с великими русскими композиторами, и с импрессионистскими произведениями Клода Дебюсси, и Мориса Равеля, и с музыкой Гершвина. Она проигрывала нам пластинки с великими произведениями Прокофьева и Шостаковича, Бородина и Мусоргского, Чайковского и Кюи. А на биологии Светлана Петровна (светлая ей память!), наша добрейшая Кобра, знакомила нас с последними теориями этой великой науки. До гробовой доски не забуду ее учебного класса, оформленного ее трудами – с картинами древней жизни Земли, с иллюстрациями архантропов, с заспиртованными чудесами фауны в стеклянных банках. А Елена Милановна, наша англичанка, натаскивала нас в английском языке, проигрывая даже пластинки с песнями «битлов» - учила нас понимать их на слух. А добрейшая Тамара Петровна вводила нас в чарующий мир географии. А наша строгая, но такая любимая Химера – Татьяна Семеновна – увлекала нас премудростями химии, и мы так ждали ее уроков с захватыващими опытами. И нам никто не говорил, что эти знания нам не пригодятся в жизни, что из нас нужно делать прежде всего потребителей…
Понимаю теперь, что из нас делали буквально надежду белой расы, разносторонне развитых и умных людей. Теперь я понимаю, зачем нас водили работать на фабрики Одессы: мы должны были увидеть и понять то, как создается наша цивилизованная жизнь.
А если вспомнить более младшие классы? Миллионы младших школьников в СССР изводили неимоверные объемы пластилина, бумаги, карандашей, клея, акварельных красок. Мы делали, пожалуй, миллиарды неуклюжих поделок, смешных зайцев и медведей, наивных рисунков. Да, они отправлялись потом в мусорные баки, но при сем выполняли священную миссию: они – через руки, через углубление в процесс лепки и рисования – развивали наши мозги. Наши когнитивные способности. Благодаря им мы восходили по ступеням эволюции – к статусу будущих конструкторов космических кораблей, могучих самолетов, сложнейших машин. Мы обретали способность обращаться со сложнейшей техникой – и способность к дерзким мечтам. Вы помните, как Шпицер показывал: те малыши, что сосредоточенно рисовали, а не играли в компьютерные игры, показывали кратно лучшие результаты в интеллектуальных тестах, нежели малыши, что резались в виртуальные стрелялки-догонялки? Так вот, в СССР это знали давным-давно. И лепка фигурок из пластилина затем переходила к пайке простых приемников, к выстругиванию и шлифованию моделей судов, к кропотливой сборке летающих игрушечных самолетиков. В тысячах кружков при школах, домах пионеров и на станциях юных техников.
Сколько продуманного было в той жизни! Мое поколение помнит наивную, трогательную телепередачу «Выставка Буратино» в 70-е годы. Ведущий, художник-мультипликатор Вадим Курчевский и веселый Буратино рассматривали и показывали детские рисунки и аппликации, присланные со всего Союза. Господи, сколько же их, наверное, шло на телевидение! Целые мешки. Но ведь главной целью было то, чтобы миллионы детей садились бы рисовать часами, развивая свою мелкую моторику, свой головной мозг. Их делали не великими художниками, а прежде всего видом «человек разумный». Помните: в СССР не было телеканала, по которому мультфильмы шли бы каждый день. Мультики показывали лишь вечером и по выходным. Понятно, почему: дети должны были учиться, делать уроки, читать книги, что-нибудь мастерить, заниматься спортом и общаться с другими детьми, а не пялиться в «дебилоящик». Что – снова вспомним Шпицера – делало их развитыми людьми. По той же причине советское ТВ делали «скучным»: богатым на познавательные передачи. Советская власть не оболванивала: она стремилась сделать всех разумными.
Мне скажут, будто сиденье в Интернете и «гаджетах» делает детей технически продвинутыми. Чушь собачья! Дети учатся пользоваться программами, но от этого не становятся ни программистами, ни системотехниками. У них не развивается логическое мышление. Они не приобретают знаний в точных и естественных науках. У них распадается сам «когнитивный аппарат».
Я могу с полным правом назвать СССР надеждой белой расы. Союз перебарщивал по части дурного интернационализма. Но это было поправимо. А вот разрушение уникального советского культурно-воспитательного механизма – страшная катастрофа. Теперь и русские становятся цифрокретинами, читатель.
«…Люди все меньше читают и все больше играют в игры. В течение долгого времени технологии просто не позволяли сделать реалистичную интерактивную историю. Сейчас же мой опыт подсказывает, что метафорические описания восходов и закатов уходят в прошлое. Если вы кинематографист или гейм-дизайнер, вы можете просто показать это. Люди ленятся воображать это, им проще посмотреть на готовое.
Сейчас игры – лишь имитация интерактивности. В будущем сюжет игры будет целиком зависеть от игрока – чем выше его мастерство, тем лучшую историю он сможет рассказать. Диалоги станут не набором глупых фраз, а действом, влияющим на сюжет. Игры будут все более изощренными, с имплантацией сенсоров прямо в мозг.
Но при этом я не думаю, что чтение станет прерогативой избранных…» - считает знаменитый ныне писатель-фантаст Питер Уоттс.
Наивный! Он не видит очевидного – создания «цифрового наркотика». Превращения людей в пассивных потребителей реальности, созданной другими. Рассказывать им будет нечего: мозги из-за «лени воображать» и работать самостоятельно совершенно деградируют. Язык упростится до уровня Эллочки Людоедочки. Люди просто опустятся до уровня компьютера, и никакие сенсоры в мозгу не помогут. Сотни миллионов двуногих неполноценных на годы погрузятся в иллюзорные миры – вместо того, чтобы учится, творить, любить. И чтение действительно станет уделом избранных. Но больные, склочные, эгоистичные и оторванные от настоящей жизни белые не смогут поддерживать цивилизацию. Ибо что смогут создать тьмы всех этих игроков, ушедших в виртуал? Только не рассказывайте мне о том, что они в своих «ящиках» смогут, играючи, сконструировать термоядерный реактор. Потому что в реальном мире, создавая нечто прорывное, люди сталкиваются с загадочными явлениями и эффектами, о которых дотоле никакая наука не слышала и потому не могла заложить их ни в книги, ни в компьютер. Чтобы создать термоядерный реактор (гравилет, нейтрид, работающую установку LENR), требуется работать в подлинном, окружающем мире. Нужно иметь дело с объективной реальностью, а не с виртуальной, которая даже не вторична – а третична. Нужно иметь очень сложный головной мозг, пронизанный множеством связей-синапсов. А они формируются только в результате запоминания, самостоятельной работы, работы руками, в итоге общения с реальными людьми! Погружение в мир игрушек, пускай даже самых ярких и правдоподобных, ведет, образно говоря, к разглаживанию мозговых извилин. Игрушки способны лишь отнимать время. Ничему, кроме беганья и стрельбы (или махания мечом) в иллюзорном мире, они научить не могут.
Никакая виртуальщина не может сравниться с настоящим миром, полным тайн и загадок, неведомых ни ученым, а тем более – создателям виртуальной реальности. Никакие виртуальные реальности – существуй они в 1920-е годы – не могли содержать в себе явления флаттера или бафтинга на самолетах. С ними нужно было столкнуться в реальности, чтобы изучить их и побороть. Надо было строить и испытывать настоящие, а не иллюзорные, самолеты. Чтобы создать экраноплан, надо было сперва натолкнуться на эффект экрана – скольжения приземляющегося самолета над поверхностью. И только потом, изучив неведомое до того явление, создать технику с его использованием. Могли ли люди тридцатых годов вообще обнаружить экранный эффект, летай они на виртуальных самолетах в электронном ящике, а не на настоящих аэропланах над реальной земной поверхностью? В том-то и заключается слабость самого мощного компьюетера: в нем есть лишь то, что заложили в него программисты. Со всеми заблуждениями и пробелами, существующими на тот момент в науках.
Приведу пример из «Хроник невозможного» - о ценности настоящей работы именно в материальном мире. В работе, а не игре!
В ходе работ над созданием советского ядерного оружия (в раках Спецкомитета при Совмине СССР под руководством Л.Берия) принимал участие и будущий советский академик-атомщик Федор Михайлович Митенков.
Молодой Федор Митенков не обманул ожиданий. Брошенный на создание оборудования для газодиффузионного обогащения урана, он столкнулся с тем, что процесс пожирает огромные объемы электричества. И он придумал центробежный компрессор, который потреблял энергии в разы меньше, чем имевшаяся техника. Причем разработал его Митенков (коему тогда и тридцати-то лет от роду не было!) буквально по наитию, вопреки мнению академического авторитета (академика Миллионщикова), не имея практически никакого теоретического обоснования полученному эффекту. Форма лопатки турбины была найдена чисто экспериментальным путем. Решение проблемы по созданию сверхэкономичного нагнетателя было найдено чисто практическим, опытным путем! И вот что особенно удивительно: при передаче технологии на Кировский завод в Питере воспроизвести эффект не удалось, невзирая на то, что завод получил подробные чертежи. Более того, внятного теоретического объяснения инновации Митенкова нет и до сих пор, шестьдесят лет спустя!
Страшно подумать о том, как могла бы расправиться с Митенковым нынешняя Комиссия по лженауке нынешней РАН. Ибо все признаки шарлатанства тут налицо. Научно-теоретического обоснования – нет вообще никакого. Публикаций в серьезных научных журналах – ни единой. Противоречие признанному авторитету (академику Миллионщикову) – полное. Воспроизвести изобретение на Кировском заводе не удалось, несмотря на получение им чертежей. Признаки лженауки по критериям Комииссии по лженауке – налицо.
Но, к счастью, в начале 1950-х в СССР такого позорища, как Комиссия по лженауке, не существовало. Спецкомитет при Совмине СССР, руководимый Берией, решал конкретную задачу и делал Дело. Его интересовало одно: решается конкретная проблема экономии электроэнергии или нет? Если решается, коли эффект достигнут и помогает сделать Главное Дело – изобретению дается ход. И плевать на то, что думают по этому поводу всякие там академики. Спецкомитету нужно было создать ядерный щит СССР, а не охранять душевный покой, статус и неприкосновенность авторитета старцев из Академии наук. Если что-то, воплощенное в металле, работает на практике, то оно должно жить.
Мог ли обнаружиться эффект Митенкова, если бы создатели советского ядерного оружия работали бы не в реальном мире с реальными объектами, а с мощным компьютером, моделирующим реальность? Да тысячу раз нет! Сегодня же и завтра нам нужно создавать технику и технологии Будущего. Совершая прорывы, равнозначные прорывам времен наших дедов и прадедов. Смогут ли их совершить жалкие и глупые обитатели виртуальной реальности? Не умеющие самостоятельно и ярко мыслить, толком ничего не знающие, не сталкивающиеся с материальным миром? Нет, конечно. Если ж создатели виртуальных миров для них заложат в те миры-иллюзии самую откровенную (с точки зрения точных наук) чушь, то мириады неполноценных это примут за истину, за чистую монету. Они будут свято верить в плоскость Земли, в обращение Солнца вокруг Земли, в возможность вечного двигателя из колеса с грузами и т.д. Они даже не попробуют проверить это в реальных опытах, уподобившись средневековым ученым, что жизни свои тратили не на изучение реального мира, а на некритическое чтение и комментирование свитков древних авторов. Сказал Аристотель: «Природа не терпит пустоты» - значит, так оно и есть. Значит, это – бесспорная истина. Мир снова откатится в темные века, в невежество.
Прекрасен роман Жюля Верна «20 тысяч лье под водой». Но в нем есть научная чушь: на огромной глубине дно океана якобы безжизненно. В 1866 году считали, что ни одно живое существо не может существовать при огромном давлении водной массы. Наука тех времен это доказывала с расчетами в руках, никто не мог этого оспаривать. И только постройка батисферы Бибом и Бартоном в 1930 году, только настоящее погружение батисферы в реальный океан на километровую глубину показало: жизнь есть и там! Вопреки всем научным представлениям и «неопровержимым расчетам». Но попробуйте вообразить, что было бы, если б люди просто заложили в гипотетический компьютер (существуй он тогда) представление о безжизненности больших глубин, не пробуя на деле погрузиться в темную пучину? Когда-то лишь реальный опыт показал, что живое существо не сбесится и не впадет в беспамятство в космическом полете и невесомости. Что на борту спутника, мчащегося вокруг Земли, смогут работать механические часы.
Компьютер должен дополнять поиски и творчество в реальной жизни, а не заменять их! Вот почему считал и буду считать СССР цивилизацией высшего порядка, сумевшей создать сильные (но, увы, не всесильные) механизмы, предотвращавшие деградацию людей нашей расы. Да и вообще людей! И недаром СССР был так ненавидим врагами рода человеческого, недаром они его так остервенело крушили.

Tags: Максим Калашников, СССР, белая раса
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 48 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal