m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

Categories:

Миссия в Бордо. Знакомство с французской полицией.

Оригинал взят у zema52 в Миссия в Бордо. Знакомство с французской полицией.
В процессе моей работы я все больше понимал, что работать грузчиком по чужим документам еще нормально, а программистом не очень. Когда люди сидят в одном кабинете и особо не перетруждаются, они много общаются. Я не мог в процессе общения не участвовать и все время палился на каких-то мелочах. То меня спросят что-нибудь про Ригу, и я рассказываю, как там круто я жил все детство, а потом вдруг какой-нибудь вундеркинд замечает, что Рига в Латвии, а не Литве, а я же литовец. То вдруг начинаю рассказывать, как я работал на проекте в ядерном центре в Сарове, который вообще в России и где мне как бы вообще делать нечего. Ну и много других мелочей.
В общем, получалось так, что и молчать нельзя, и выдавать себя за другого человека сложно. Все-таки я не Штирлиц.
Однажды мой шеф Николя попросил меня остаться на откровенный разговор и напрямую спросил кто я такой и почему он до сих пор так и не видел мой паспорт или карт виталь или какие-то другие документы.
Я "честно признался", что паспорт потерял и для его восстановления мне надо съездить домой в Литву. Он сделал вид, что поверил, хотя было заметно, что сомнения его только усилились.
В случае каких-то проблем, мне это ничем не грозило, а у него могли быть большие неприятности. Однако, опасаться было особо нечего. Нелегальных работников обычно ищут среди строителей, официантов, сельхорабочих и т.д. Никому не придет в голову искать работника-нелегала в бизнес-центре среди офисного планктона.
Я чувствовал, что атмосфера накаляется и долго я тут не проработаю, но тут мне опять улыбнулась удача. Шеф сказал, что у них есть проблема в филиале в Бордо. Там компьютерный сотрудник уходит в отпуск и надо, чтобы кто-то был у них в офисе на случай каких-то проблем с системой. Ничего сложного от меня не требуется, только выполнять функции maintenicien. Не знаю, как это слово правильно перевести на русский (гугль тоже не в курсе), типа специалист поддержки. Мне дадут квартиру из арендного фонда, которая сейчас пустует, оплатят дорогу и добавят 1200 евро к моей зарплате за причиненные неудобства.
Скататься на халяву в другой город, переселиться на месяц из палатки в нормальную квартиру, познакомиться с новыми людьми и еще и заработать на этом. Я тщательно взвесил все за и против, все обдумал и через две миллисекунды сказал, что я согласен.
Нико очень обрадовался и сказал, что я их просто очень сильно выручил, т.к. за три дня очень сложно найти человека, который знает их программу и готов уехать на весь август в другой город, все сейчас хотят отдыхать. Договорились, что месяц я работаю в Бордо, потом сразу еду к себе домой в Литву восстанавливать паспорт, возвращаюсь в Ниццу и делаю все документы, а потом прихожу к нему, и мы решаем, что делать дальше.
Мне перечислили 300 евро на дорогу и сказали, что разницу я могу оставить себе.
Я купил новый чемодан, собрал все боле-менее ценное и настроился не возвращаться. Я вполне верю, что есть люди, которые очень любят Лазурный берег, но у меня он уже давно вызывает только плохие ассоциации вплоть до рвотного рефлекса.
Долго думал брать ли с собой Валеру. Он очень просился уехать со мной, даже был согласен жить где-нибудь в палатке на окраине города, только, чтобы я его не бросал. Ну или, если я уезжаю, то просил оставить ему его банковскую карточку или дать каких-то денег на жизнь. Карточку я ему, конечно, не отдал, но дал 200 евро, что для него было просто огромными деньгами. Договорились, что на месяц ему этих денег хватит с запасом, но если он мне понадобится, то я ему позвоню, и он приедет.
Забегая вперед, скажу, что эти деньги Валере счастья не принесли. Он решил устроить суперпраздник и купил 20 литров пива, чтобы угостить всех знакомых бомжей. Упился до такого состояния, что вызвали скорую и его госпитализировали на три дня. Он потом рассказывал, что у него остановилось сердце, и врачи его почти с того света вытащили. Когда ему вернули одежду, никаких денег в ее карманах уже не осталось. Скорее всего, украли собутыльники, т.к. за врачами такого никто никогда не замечал.

В понедельник перед отъездом с утра я пошел проверять почту с плохим предчувствием. Каждый раз, когда я уезжал с Лазурки, что-то случалось, и я боялся, что и в этот раз опять будет какая-то неприятность.
Однако, ничего особенного мне не пришло, только выписка из банка.
Я пошел на вокзал, купил билет за 110 евро и сел ждать поезд, до которого оставалось полтора часа. Этот вокзал ремонтировали почти целый год, управились к ЧЕ по футболу и сделали вполне приличный зал ожидания с кондиционером, столиками для ноутбуков и немыслимым количеством розеток на квадратный метр. Естественно, это место тут же облюбовали бомжи и тогда их стали гонять, прямо как на московских вокзалах. Если такой кадр заходил в зал, его видели в камеру и в зал тут же заходили полицейские. Здесь нельзя выгонять человека только за то, что он плохо выглядит или сидит в обоссаных штанах, распространяя зловоние вокруг себя. Поэтому, полицейские просто спрашивают, что он тут делает. Если говорит, что ждет поезд, то просят показать билет, а откуда у бомжа билет? Его вежливо просят уйти, и снова наступает тишь да благодать.
Вот так я сидел себе рядом с чемоданом с билетом в руках, читал и вообще не вызывал никаких подозрений. Периодически на меня находили мысли о том, как я крут и каких высот добился. Конечно, я всего лишь Золушка, которую добрая фея пустила на бал, но я знаю, что могу спокойно быть в этой роли целый месяц, а это в моей жизни уже очень много.
И тут, как вестники грядущих неприятностей, в зал ожидания зашли два знакомых эстонских бомжа и радостно направились ко мне. Я не то, что с ними общаться, а даже и видеть их никакого желания не испытывал. Они были представителями того мира из которого я так рвался уйти.
Эстонцы увидели у меня в руках билет и удивленно спросили, что это такое. Я ответил, что уезжаю подальше от таких отбросов общества, как они (я их всех так троллю постоянно), и вообще скоро их отсюда выгонят полицейские. Понедельник летом для бездомных - тяжелый день. Все социалы и библиотеки закрыты, и кроме как на вокзале, телефон зарядить больше негде. Они сказали, что сколько успеют, столько и позаряжают. Тут их взгляд падает на цену билета и мир окончательно переворачивается в их глазах. 110 евро за билет. Целое состояние истратить на такую бесполезную хрень? Как так? Зачем?
Они в шоке смотрят на билет, как на какое-то чудо, и тут к нам подходит полиция и спрашивает документы. Они отдают свои карточки-паспорта, я - свое ресеписе. Полицейский собирает все документы в кучу и просит выйти из зала ожидания. Мы выходим, и они начинают по рации пробивать наши документы. Эстонцев сразу же отпускают, а меня просят пройти с ними, т.к. ресеписе можно проверить только через префектуру, что занимает время.
У меня возникает какое-то нехорошее предчуствие, я показываю билет и говорю, что через 20 минут у меня поезд, но они говорят, что я смогу уехать на следующем.
Случилось это все меньше через две недели после теракта с фурой в Ницце. Пока я иду за ними, вспоминаю слова Андрея, что после каждого теракта, совершенного арабами с французскими паспортами, полиция начинает люто прессовать русских нелегалов, что, кстати, вполне укладывается во французскую логику. Что-то делать надо, и какие-то меры предпринимать, а против арабов они бессильны.
Мы заходим в отдел полиции при вокзале, и у меня сразу же пробуждаются воспоминания о родной нижегородской мусарне. Стены, покрашенные уродливой краской, какая-то неопрятность во всем и запах. Запах практически идентичный. Я вспоминаю то, что уже думал, что давно забыл, и меня накрывает ужас воспоминаний. Я понимаю, что веду себя по идиотски, но меня начинает трясти, просто натурально колбасить. Даже когда я участвовал в чечено-ингушских разборках (когда-нибудь открою для доступа пост про эти события) такого страха не было, хоть там ситуация была гораздо более острая и опасная для жизни.
Полицейские видят, что я как-то подозрительно себя веду, понимают это по своему и начинают обрабатывать по полной программе. У меня забирают чемодан и просят выложить все из карманов в специальный лоток. Тут я вспоминаю, что у меня в чемодане среди документов лежит бейджик с моей фотографией и чужим именем. Два плюс два сложить не сложно, а там еще и название организации написано.
Я вдруг осознал, что карета может превратиться в тыкву не через месяц, а прямо сейчас, и сказка для Золушки вообще не начнется.
Я выложил все из карманов, они увидели телефон и тут же отложили его в сторону. Мне открыли дверь обезьянника, попросили подождать там и начали увлеченно шмонать мой чемодан.
Пока двое копались в чемодане, еще двое проводили со мной беседу через дверь. Один говорил на французском, а второй зачем-то все дублировал на английский. Меня это раздражало и я потом начал отвечать тоже на двух языком, но они подкол не поняли. Ну а дальше получился примерно такой диалог:
- Что ты делаешь во Франции? (весь разговор был без малейших признаков вежливости и исключительно на "ты")
- Прошу политическое убежище
- От кого?
- От Путина?
- Что он тебе сделал?
- Этим вопросом занимается ОФПРА. Я не должен вам рассказывать свою историю.
- Нет. Нам это не надо. Где ты живешь? Где спишь?
- Сплю на улице.
- Почему?
- Мне не дают жилье.
- Работаешь?
- Нет. Я не имею права на работу.
- В России ты работал?
- Да.
- Кем?
- Программистом
Они начинают смеяться. Говорят тем, кто шмонает чемодан: "Он спит на улице, но говорит, что программист". Те дружно ржут.
Потом в отдел заходит женщина с собачкой. Все мои вещи из чемодана разложены по лоткам, типа таких, что используются в аэропортах. Все лотки поочередно ставят на пол и дают собачке обнюхать, она ничего не находит. Потом меня выводят из обезьянника и тоже дают собачке понюхать. Также без результата. Меня заводят обратно и продолжают допрашивать.
- Зачем ты едешь в Бордо?
- Посмотреть город. Много слышал про него.
- На что ты живешь, если не работаешь?
- На пособие
- Что? Ты получаешь наши деньги? О, мерд! Он опять оборачивается к шмональщикам и говорит: "Он получает наши деньги". Те кивают головой и показывают ему банковские выписки, которые у меня аккуратно сложены в документах. Полицейский внимательно их смотрит и говорит:
- Ты должен уехать из Франции
- Почему?
- Ты не работаешь, спишь на улице, воруешь, убиваешь людей.
- Я???
- Да. Тебя надо депортировать домой. Мы тебя депортируем.
- Я имею право находиться здесь.
- Нет. Ты здесь не нужен.
Тем временем, другие полицейские, тщательно просматривают все документы и складывают в отдельную кучку все бумаги, связанные с Валерой, включая тот самый бейджик. Мне показывают банковскую карту и спрашивают:
- Это чья?
- Моего приятеля.
- Почему она у тебя?
- Он хранит ее у меня, т.к. тоже живет на улице.
- Как его зовут? Откуда он?
- Валерий ... из Литвы.
- Ты знаешь его телефон? Если мы ему позвоним он подтвердит, что ты не украл его документы?
- Да. Подтвердит.
- Давай его номер!
- Дайте мне мой телефон.
Я копаюсь в телефоне и диктую номер Валеры. Полицейский сразу набирает его на своем мобильнике и явно собирается звонить. Я предупреждаю:
- Он не говорит по французски
- Ок. Я поговорю на английском
- Он не говорит на английском тоже. Он говорит только по русски.
Полицейский сбрасывает номер и показывает мне бейдж:
- Это он? Он здесь работает?
Тут до меня доходит, что на бейдже я не похож на себя нынешнего. Там я с большой бородой и без очков. Они меня просто не узнали.
- Да. Это он.
- Он работает?
- Да.
- Ты говоришь, что он спит на улице. Почему?
- Жилье снимать дорого.
Подходит полицейский, который ходил куда-то с "ксерокопией паспорта" Валеры и мотает головой. Его, видимо, уже пробили по всем базам и ничего на него не нашли. Неужели у них там нет фото? Валера их больше не интересует, его документы откладывают в сторону. Уфф!
Среди туалетных принадлежностей вдруг находят складной нож. Больше, чем перочинный, но в России его не признали бы холодным оружием. Очень хороший нож из очень хорошей стали. Я купил его в оружейном магазине. Резал им много чего и открыл огромное количество консервных банок, а он нисколько не затупился. Нож аккуратно складывают в пакетик, у всех на лицах радость и оживление, как будто нашли пояс шахида.
Ко мне подходит какой-то начальник, который до этого периодически со мной разговаривал подчеркнуто вежливо. Он спрашивает:
- Чья эта вещь?
- Моя.
- Зачем он вам?
- Резать колбасу.
Тут я замечаю, что меня снимают на камеру, и мои слова записывают в какой-то протокол. Ну что за придурки!
- Откуда у Вас появился этот нож?
- Я купил его в магазине примерно шесть месяцев назад за 99 евро.
- В каком магазине?
- В Ницце. Адрес и название не знаю, но могу показать, если требуется.
- Давали ли вы этот нож кому-нибудь? Кто-то им пользовался, кроме Вас?
- Нет. Только я.
- Вы использовали его против людей или животных?
- Нет. Никогда. Только для продуктов.
Камеру выключают, и у всех такой вид, будто поймали террориста номер один, и завтра всех будет награждать лично сам президент.
Мне объясняют, что нож сейчас отправят на экспертизу на наличие следов крови, поэтому мне придется здесь подождать, пока длится экспертиза. Я вспоминаю, что в один из первых дней после того, как купил этот нож, слегка порезал себе палец. Будет забавно, если там что-то найдется.
Постепенно очередь доходит до электронных гаджетов, которые тоже сложены отдельно. Из фотокамеры достают СД-карту и куда-то уносят, с удивлением тыкаются в электронную читалку, и я понимаю, что этот полицейский видит это "чудо техники" впервые в жизни.
- Что это?
- Электронная книга
- Таблет?
- Нет, электронная книга. Нужна, чтобы читать, больше не для чего.
Просят ввести пароль от планшета и начинают там шариться. Включают ноутбук и просят ввести пароль. Зачем я себе поставил французский Windows? Надо было оставить русский. Полицейский, который только сегодня узнал о существовании электронных читалок, втыкает в ноут флешку и начинает тупить, глядя на мой "рабочий стол". Он у меня вообще пустой, ни одного ярлыка. Все операции с фалами и запуск программ я делаю через Total Commander, но не стал это объяснять. У меня все сильнее складывается ощущение, что по уровню интеллекта французские полицейские не сильно превосходят своих российских коллег. У меня спрашивают:
- Он пустой?
- Да.
Полицейский разочарованно вытаскивает флешку и выключает ноут, сэкономив себе и мне кучу времени. Там нет абсолютно ничего, что могло бы их заинтересовать.
Ничего не объяснив, меня оставляют сидеть в обезьяннике примерно час, но я не знал сколько именно я буду так сидеть и чем это все закончится. Вижу в углу камеру и понимаю, что за мной сейчас наблюдают, но ничего не могу с собой поделать, и меня опять начинает трясти.
К их чести, все мои вещи аккуратно сложили в чемодан, даже более аккуратно, чем я их складывал сам. Деньги и мелкие вещи лежат в лотке на чемодане, а я сижу и жду неизвестно чего, и это тянется бесконечность.
Наконец, их начальник открывает дверь, выпускает меня и отдает ресеписе. Говорит, что все нормально, я имею право находиться на территории Франции. Экспертиза с ножом показала, что все тоже хорошо, но нож они мне не вернут, это опасно. Сейчас сотрудники сходят со мной в билетные кассы, чтобы я смог поменять билет на следующий поезд. Потом он кричит тем двоим, которые мне хамили, чтобы они сходили со мной поменять билет. Втроем мы выходим из отдела. Я говорю, что не нуждаюсь в их помощи и куплю себе новый билет сам, рву билет в клочки и аккуратно выкидываю обрывки в мусорку.
Они невозмутимо разворачиваются обратно.
- Degage! - говорит первый
- Fucking go home! - дублирует на английском второй

Я принципиально захожу обратно в зал ожидания, откуда меня забрали, включаю ноутбук и покупаю через интернет на вечер билет на автобус Flixbus до Бордо, потом отправляю СМС какой-то Жозефине, которая меня должна там встретить, что приезжаю в 7 утра.
Потом иду ем в кебабной, до вечера сижу на скамейке в парке и без каких-либо происшествий уезжаю на автобусе.

Note: Сейчас в ЖЖ появилась возможность лайкать посты. Это не анонимно, все лайкнувшие видны.

Tags: ЕС, Франция, письма Максиму Калашникову
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments