m_kalashnikov (m_kalashnikov) wrote,
m_kalashnikov
m_kalashnikov

БУДУЩЕЕ: СМЕЛОСТЬ, БЕСПОЩАДНОСТЬ И УПОРСТВО (2)

Эра монстров и гибридов
…Развитие нанотеха и других закрывающих технологий ведет к возникновению нового феодализма. Нанотех выходит из-под контроля государств и больших корпораций. Донанотехнологические производства – длинные цепочки и высокие пирамиды, в которые вовлечены десятки предприятий, тысячи машин и множество людей. Все это разрушается за ненадобностью. Все заменяют «сухие», «мокрые» и гибридные нанофабрики, самые продвинутые из коих будут уже квазиживыми системами, способными самоподдерживаться и самовоспроизводиться. Энергию фабрики смогут черпать из окружающей среды. Поэтому человек перейдет на натуральное хозяйство.
Так излагает свою идею Александр Тюрин («Конец Какка-Ду» - «Полдень, XXI век», № 1, 2006 г.) И действительно: с помощью нанофабрик он сможет все создавать сам и в любом месте. Целые региона начнут выходить из системы глобального рынка и мирового разделения труда, нанося тем самым смертельные удары капитализму, рыночному строю. Подавить подобное движение военным путем ядру капиталистической системы не удастся: слишком много целей, которые, к тому же, обретают большую стойкость к военным ударам. Чем больше регионов планеты отваливаются от глобальной капиталистической системы – тем меньше финансовых рек вливаются в так называемые «развитые страны», в США и Европу. Бегут в разные стороны прислужники Запада – компрадоры, чиновники-коррупционеры, приватизаторы и прочая мразь. Запад испытает суровый упадок, осложненный бунтами негров и латинос, атаками боевых китайских наносистем, что смогут проникать в шахты баллистических ракет и в бункеры аэрокосмической обороны НОРАД, выводя все из строя. Запад рушится, как рухнули когда-то Рим и Вавилон.
На Земле воцаряется неофеодализм, напоминающий раннее средневековье: когда живущим натуральным хозяйством землевладельцам и общинникам, в общем, не нужны города. Деньги исчезают за ненадобностью: ведь нет больше товарообмена, все сами обеспечивают себя всем необходимым. Соответственно, приходит конец финансовым потокам и банкам. Носители нанотеха превратятся в закрытые гильдии демиургов, появятся информационные маги (умеющие создавать коды для создания вещей). Появится военная аристократия, что защищает нанобощинников и нанодемиургов от кочевых орд, от банд садистов и отморозков. Естественно, за защиту новые рыцари возьмут себе долю продукции нанофабрик. Расцветут местные языки, культуры и уклады жизни. Вымрут унифицирующие феномены: Голливуд, Эм-Ти-Ви, пиджин-инглиш, гарри-поттеры, секс-туризм.
Тюрин пишет о развитии нанотеха – но схожие явления могут начаться, когда люди овладеют энергоинверсией и холодным ТЯ-синтезом и перестанут зависеть от доступа к нефти и газу, к углю и урану. Но в любом случае верно то, что результат один – крушение всего привычного порядка жизни. Та же мировая революция. Те же глубочайшие потрясения.
Но кто сказал, что это – последняя из возможных перспектив? Дополним картину своими соображениями. Энергоинверсия, холодный ТЯ-синтез (а тем паче – нанотех и другие прорывные инновации) создадут невиданный простор для общественного конструирования. Будут возникать самые немыслимые формы. Что это напомнит? Пожалуй, самое начало кайнозойской эры, когда динозавров сменили млекопитающие, то бишь – третичную эпоху. В ту пору возникали самые дикие на современный взгляд формы: копытные хищники и гигантские нелетающие птицы, охотящиеся на маленьких предков современных лошадей. Огромные ленивцы и саблезубые хищники. Орлы с пятиметровым размахом крыльев и олени в три метра ростом. Казалось, природа, обретя новые возможности, безудержно экспериментирует. Она порождала самых причудливых монстров, самые затейливые формы – и затем выжили лишь те, кто доказал свою жизнеспособность.
Что-то подобное этому третичному периоду наступит и в нашей истории с появлением в реальности свободной энергетики и других «закрывающих» технологий. С их помощью можно будет создавать самые различные формы человеческих сообществ. Можно будет конструировать хоть феодализм, хоть фашизм. Другое дело – сколько из таких новообразований потом выживет. (Ибо не все такие конструкты смогут поддерживать творчество инноваторов!) Снятие энергетических и ресурсных ограничений, возможность производить все необходимое в любой точке планеты разрушит экономическую необходимость иметь большие страны. Технологическая революция, таким образом, станет питательнейшей средой для всяческих сепаратистов, сторонников отделения от метрополий. И при этом, как мы знаем, те же технологии невиданно увеличат возможности даже небольших сообществ к ведению войн. Скорее всего, мы увидим дикое разнообразие первоначальных форм.
Итак, на поверхности – попытка тех, кто первыми овладел новой энергетикой и «технологиями творения», объявить себя высшей расой и подчинить себе все прочие народы, уничтожив лишнее население на уже перенаселенной Земле. Но вряд ли монополия на новые технологии удержится долго – их получат и другие.
Кто-то развалит свои страны, породив кучу всяких ханств, королевств, княжеств и герцогств. Кто-то примется майстрячить этнически и расово чистые «рейхи». Где-то возникнут вольные города, где-то – государства-ордена, государства-монастыри. Где-то постараются воспроизвести королевства Земноморья по Толкиену. Где-то – пиратские и гангстерские «республики», анклавы наркоманов, «нью-эйджеров» и последователей культа вуду. Появятся новые племена и новые союзы племен, неминуемо часть людей обратится в кочевников. А кое-где появятся коммунистические колонии и самоуправляемые территории. А кто-то примется с самого начала порождать империи, халифаты и «великие орды», сплачивая людей не общей экономикой (за ее исчезновением), а общностью идей, религии, моделей жизни.
Вне всякого сомнения – в таком мире неизбежны жестокие войны. Причем воевать будут не за тем, чтобы захватить нефтяные месторождения (они станут практически ненужными), не за полезные ископаемые и не за рынки сбыта. Право, какие рынки могут быть в мире, где почти умерли (или драматически сократились) торговля и деньги? Нет, воевать примутся за пресную воду и хорошие ландшафты. Нападать станут только за то, что ты не нравишься нападающему. Ну, ненавидит от тебя за то, что цвет кожи у тебя не такой, другой разрез глаз, иные обычаи.
С другой стороны, начнутся войны на чистое истребление расплодившегося населения. Ведь прорывные технологии вызовут взрывной демографический рост некоторых народов и общественных групп. Вот и начнут разные общности и племена вырезать друг друга. А где-то возникнуть орды чистых извергов, что нападают лишь потому, что им нравится убивать и насиловать, давать выход самым садистским инстинктам. Захочется им стать новыми «мобильными варварами» - и все тут! Сверхэффективные технологии невольно обнажат самые темные, самые архаичные инстинкты. Они, конечно, позволят творцам и мыслителям возвысится буквально до небес – но они же и доведут до крайности самые низкие, темные и жестокие проявления человеческой натуры.
И вот тут начнется борьба за выживание, самый что ни на есть естественный отбор. Попробуем изобразить его в красках, наглядно…

Торжество неоимперий
…С криком «Нам не нужна империя! Даешь этнически чистое русское государство!» русские ультранационалисты создают свою Нордическую Русь. Без кавказцев и среднеазиатов, естественно – без евреев. Изгоняются даже «хохлы» - ибо и они теперь считаются нерусскими. Пылают факелы, радостно полощут над толпой флаги со свастиками и кельтскими крестами. А чего? Ведь все можно: новые технологии позволяют обойтись без нефти и газа, без дефицитного ископаемого сырья. Дома – вон из глины и песка можно делать. Зависимости от Сибири больше нет. Энергоинверторы и установки холодного термояда дают тепло и свет без ограничений, нанофоры делают все необходимые товары и продукты.
Правда, одной Нордической Руси не получается – возникает целая куча «этнически чистых русских государств», ибо лидеры лысоголовых ультра всегда ссорились друг с другом. Каждый считает себя истинным фюрером – и потому сколачивает свое государство. А потому много теперь «нордических русей», иные из них начинают цапаться друг с другом. А кое-где и войны начинаются – потому как в одной «истинной руси» воссозданы порядки гитлеровской Германии и исповедуется язычество, а в другой «руси» - восстановлены царь, православные порядки, есть помещики и крестьяне, попы и монастыри. В третьей «руси» вообще – казачья вольница. В четвертой возрождены допетровские порядки Московского царства. В пятой «руси» - вообще домосковские установления, когда-то коварной Москвой, дескать, порушенные и уничтоженные. Словом, где храмы примутся строить, где – капища языческие.
Но раскол идет не только по моделям общественного устройства. Начинается и активное разделение русских по локальным центрам: кто-то начинает создавать Нижегородское княжество, ибо терпеть не может Москвы и москвичей – и чем вообще наш город хуже Москвы? А вот тут – вообще Новгородская вечевая республика должна возникнуть, а там – Великое княжество Тюменское. А вот тут – княжество Киевское, а тут – княжество Галицко-Бандеровское, а тут – Одесская народная республика, а ось туточки – Соборная украинская держава в масштабах Житомирщины. А в Запорожье – так вообще Новая Сечь.
Не будь дураки – свои ханства создают всякие татары, башкиры, якуты, калмыки, тувинцы. На Кавказ вообще глядеть страшно и в глазах рябит.
Впрочем, похожий процесс дробления пошел и в Европе. Там тоже валлоны отделились от фламандцев. Валлийцы и шотландцы разошлись с англичанами. Баски и каталонцы – с испанцами. Германия расползлась на кучу баварий, саксоний, франконий. Во Франции объявились новые Бургундия, Лангедок, Нормандия. Евросоюз кое-как пытается сохранить единство этого лоскутного одеяла, но все больше превращается в подобие бессильной и номинальной Священной Римской империи германской нации, что существовала в Средние века. И каковая, по выражению толи Карла Маркса, то ли Фридриха Энгельса, не была ни священной, ни римской, ни империей…
За океаном в США плодятся различные расово чистые анклавы, негритянски вуду-рэп-крэк гип-гоп-государства, латинские наркодемократии, индейские племенные территории, корпоративные государства, вольные города – и мормонское царство. Картина маслом, в общем.
При этом каждый из созданных анклавов убежден в том, что схватил Бога (богов) за бороду. Используя только первые версии прорывных технологий, энергоинверторов и нанофоров, все эти придурки считают, что смогут обеспечить их воспроизведение и совершенствование. Вспыхивают дурные междоусобные войны.
Естественный отбор начинает работать очень быстро. Сначала отпадают обкуренные негры: они слишком необразованны, чтобы поддерживать новую технику в рабочем состоянии. А уж ее совершенствовать – это выше их сил. Им совсем не под силу создавать информационные коды вещей, заниматься наноконструированием. Негров, мягко говоря, мочат. Правда, скоро их судьба постигает и латинос: белые оказываются более технически подкованными. На наших просторах плохое техническое образование служит плохую службу всяким гордым сынам Кавказа. В ряде случаев погибают исламские общности, стукнувшиеся в шариатско-фундаменталистское мракобесие. Ведь оно плохо совмещается со сложной техникой и технологиями будущего.
Вроде бы должны победить белые «расово чистые» государства. Во всяком случае, если не начнут междоусобицу. Сами белые во многих расово чистых «германиях», «ангосаксиях» и «русях» считают, что они, как арийцы, намного умнее и талантливее прочих народов, а потому автоматически победят остальных. Они с легким сердцем гонят прочь всех неарийцев.
Но тут случается неожиданное для сторонников расово чистых анклавов. На горизонте возникают империи.
Они говорят: «Нам неважно, какого ты биологического рода. Нам важно, разделяешь ли ты идею империи, готов ли драться за нее в общем строю. Иди к нам, изгнанник, неси нам свои знания, таланты и умения – ты вольешься в общее дело!»
Свои империи тотчас создадут умные мусульмане, не поддавшиеся тупоголовому фундаментализму. У них все просто: принял ислам в шиитском или суннитском вариантах – и ты наш, независимо от цвета кожи и языка. Ты кто – аварец, инженер-атомщик, изгнанный из Нордической Руси за нерусскость и неарийство? Иди к нам, дорогой – мы создадим тебе все условия для работы. Ты армянин, умеющий делать компьютеры, понимающие человеческую речь и подчиняться голосовым командам? Прими ислам – и мы примем тебя как брата, дадим лабораторию и производство. А ты – татарин, разрабатывавший методы повышения способностей человеческой психики? Тебя тоже изгнали? Иди к нам – и создавай спецназ новой империи под зеленым знаменем.
Усилившись, такая империя начнет натиск на мелкие белые анклавы. Окажется, что в научно-техническом плане умные мусульмане-интернационалисты вовсе не уступают «расово чистым» белым, изгнавшим из своих государств многих умных, а по некоторым статьям – и превосходят их. И вот под натиском мусульман падает одна твердыня за другой, все эти гондоры, мустангримы, хоббитании, эльфы, гномы, нордические руси, казакии и проч.
С другого фланга начнет наступление иная империя. Под красным знаменем с серпом и молотом, может быть – вписанным в свастику. Она тоже скажет: «Мы строим рай на земле, товарищ. Иди к нам, если разделяешь наши цели и убеждения. Неси нам свои знания и умения…»
И вот в такую империю приходят талантливые ученые, изобретатели и инженеры, изгнанные из мелких самостийностей по самым разным причинам. Из-за того, что они, оказывается, русские (украинцы, немцы) лишь наполовину. Из-за того, что они женаты не на арийках. Некоторые приходят в империю потому, что им не нравятся попытки ревнителей «чистоты расы» копаться в их родословных. Кому-то претит власть маленьких фюреров, изрекающих банальности и повторяющих зады немецких расовых теорий начала ХХ века. И действительно – кое-где в национально-чистых анклавах воцарилось сущее мракобесие, помесь язычества и бредней немецких национал-мистиков. А ведь много кто терпеть не может теорий расовой чистоты образца 1930-х годов, построенные на опыте животноводства.
Идут в Красную империю и другие ребята. Скажем, некоторые не хотят кланяться попам. Им претит то, что их жен и дочерей норовят обрядить в платки и бесформенные платья. Некоторых отвращает то, что христианские фундаменталисты запрещают многие направления научных исследований по религиозным соображениям. Как, впрочем, и магометанские.
Красная империя привлекает и тех, кто не хочет жить и в исламском государстве с его многочисленными и нелепыми табу. Ну, не хочется специалисту по информационным кодам или энергоинверсии того, чтобы его юной дочери ради сохранения целомудрия зашивали влагалище. Не хочет этот человек жить среди хиджабов и завывания муэдзинов. Ему не хочется, чтобы полиция или стражи исламской революции (берем пример нынешнего Ирана) врывались к нему в жилище, проверяя: какую музыку он слушает, какие книги читает? Ему тошно подчиняться исламским бонзам, каковые проповедуют моральную чистоту и множество запретов – но сами при этом втихую и пьют, и развратничают, и воруют. Им не хочется ездить на море – и ходить на разные пляжи с женой и дочерьми. Им хочется, чтобы их дети могли влюбляться и гулять под луной, взявшись за руки – и чтобы никакие «ревнители благочестия» не забили бы их камнями. Им хочется смотреть солнечные фильмы, любоваться картинами великих художников, видеть на улицах красивых, свободных и уверенных в себе людей. Вот они и начнут уходить в Империю.
И тут оказывается, что Красная неоимперия создала целое сообщество гениальных творцов из представителей разных народов: русских, армян, грузин, евреев, сербов. Как в лучшие советские годы, они объединяются в коллективах соратников и единомышленников, творя чудеса – эпохальные научные открытия, создавая невиданные типы летательных аппаратов, космические корабли. Они создают намного более продвинутые типы энергоустановок и нанофоров, овладевают антигравитацией, порождают центры подготовки сверхлюдей и почти магическое оружие для поражения неприятельских энергетических установок и нанофабрик. Они создают технику для покорения глубин океана и колонизации небесных тел.
Империя не спрашивает, кто ты по крови – ей важно, кто ты по духу.
Здесь большинство составляют русские. По совершенно объективным причинам. Ибо для русских настоящий (а не примитивно-гитлероидный!) национальный социализм гораздо привлекательнее, нежели власть примитивных, обезьяноподобных фюреров, нежели рыскание по домам «расовой полиции» или «исламских стражей». Им нравится свободная, творческая жизнь, пронизанная солнцем и вольным ветром. Им нравится жить в стране, свободной от вечных завываний на тему прошлого – ибо они живут будущим. Здесь – мирная, полная человеческого достоинства, жизнь. И такая империя начинает успешный натиск на всякие княжества, ханства и «мини-рейхи».
С третьей стороны, вполне возможен и натиск третьей империи – китайской. Кто знает: может, технологии творения и свободной энергетики не приведут к разлету КНР на несколько царств, как во времена Сун-Цзы. В таком случае, мы получим сверхмогущественное человеческое сообщество, спаянное своей особостью, своей моделью жизни – крайне своеобразной. Начнется экспансия огромной, трудолюбивой и дисциплинированной массы. Да, она не так сильна по части порождения гениальных прорывов в науке и технике, она больше копирует достижения других – но зато она проявляет чудеса выживания. Она умеет осваивать пространства.
О, какая схватка начнется на планете! Встанут в багряной заре имперские гиганты, что сплочены не корыстным интересом, не общим рынком – а духом, общностью идей и устремлений. И двинутся эти великаны по новому миру, топча и поглощая мелкие «идентичности», племена и карликовые ханства, местечковые «скинхедии» и «гетманства», «ордена» и «монастыри», корпоративные штандоры и прочую шепупонь. Упраздняя старые государства-нации. Ну, а потом империи, скорее всего, поделят между собой планету, избегая тяжелых взаимоистребительных войн. Так, только на периферии чуть поцапаются. А потом перейдут к «мирному соревнованию систем», к экспансии в космос и на дно морское, к освоению пустынь и голодных степей. Огромным полем деятельности станут Африка и Австралия. Уничтожат «новых кочевников»-отморозков. Примутся ковать людей нового типа.
Всяким экзотическим анклавам и национальным государствам в будущей реальности не выстоять по определению. Ибо слишком мелки и ограничены!
Будущее принадлежит новым империям: основанным на сплачивающей Идее, а не на подавоениии одним народом других, не на голом экономическом расчете. Империи будут строиться вокруг духовных ценностей и образа жизни.

Ставка на выигрышную модель
Интересная все-таки история получается! Чтобы преодолеть кризис капитализма, избежать экологической катастрофы и выжить, роду людскому придется изобрести и применить технологии будущего. И, как мы уж писали во многих книгах, для русских подобная технореволюция – единственный шанс на будущее. Но вот что получается: массовое применение свободной энергетики, «технологий творения» и прочих чудес грядущей эпохи само по себе станет суровым испытанием для людской расы. Ведь все они не только напрочь убивают привычные рыночно-капиталистические отношения, но и порождают бурлящий хаос разных социумов. Они, приводя к распаду прежних национальных государств, влекут за собой мучительное становление нового мирового порядка. И тут русским важно самим не рассыпаться, сохранить Великую Россию – и снова стать победителями!
Что тут нужно? С самого начала создать ту модель общества и нового государства, что наиболее выигрышна. Так, чтобы не заниматься тем, что обречено на гибель в новом мире по природе своей. С точки зрения автора сих строк, будущее принадлежит именно империям, пронизанным общим духом. Все попытки строить в Будущем нечто из прошлого приведут только к гибели Русской цивилизации. Проекты строительства «расово-биологически чистой» Руси, второго издания Российской империи и позднего Советского Союза (СССР-1) нужно решительно отбросить. И точно так же нужно отмести попытку сохранения РФ – «ни рыбы, ни мяса».
Нет – надо создавать именно империю, но империю именно нового типа. Империю, возможно, без Императора и прочих атрибутов прошлого. Но – со всеми «зернами будущего», что содержались в прошлых общественных формах, порожденных как русскими, так и другими народами. Мир миров.
(В СНОСКУ:
«...Настанет черед, и возникнет Вторая Империя, совсем непохожая на Первую. Это будет Федеративная Империя: миры, составляющие ее, будут обладать значительными правами в области самоуправления, а память об унитарном, централизованном правительстве, тщетно строящем хорошую мину при плохой игре, пытаясь выдать собственную слабость за могущество, навсегда останется в прошлом. Новая Империя должна стать пластичной, гибкой, способной адаптироваться, умеющей выдерживать и амортизировать напряжение... И всегда, всегда ею будут править никому не известные мужчины и женщины из Второй Академии. Трентор по-прежнему останется столицей, и под управлением сорока тысяч психоисториков он станет величавее и могущественнее, чем под управлением сорока пяти миллиардов...»
Эту цитату из «Академия на краю гибели» Айзека Азимова (1982 г.) мы привели в книге «Крещение огнем. Алтарь Победы» - и снова приводим здесь. Ради раскрытия общего замысла и сохранения логики преемственности повествования – М.К.)
Мы представляем себе минимальный размер нашей будущей империи: вся Русская ойкумена, земли нынешних РФ, Украины, Белоруссии, Северного Казахстана (вернее, южного Урала). Но не исключено, что в нее на разных правах и в разных формах войдут и другие территории.
Такая империя должна быть сплоченной наиболее сильной, завоевывающей умы и сердца людей идеей. Ибо это – условие единства Русской цивилизации. Идея примитивной, узко-племенной «русской исключительности» не годится: она сработает на разобщение и междоусобную войну. Я спрошу у многих из великорусских националистов: вас ведь коробит и бесит, когда бандеровские выродки объявляют вас унтерменьшами, недочеловеческой помесью тюрок с финно-уграми? Так вот: точно так же и татарина, например, приведет в бешенство объявление его народа низшей расой, а русских – расой господ. И татарин при любом удобном случае схватится за оружие. Нам это нужно?
Но национальное чувство – это мощнейшее средство спайки людей. Поэтому мы будем, с одной стороны, националистами, исповедующими именно имперский национализм. Национализм не местечковый («мочи-всех-нерусских!»), а творческий, возвышающий русских, вызывающий у других не обиду и ненависть, а стремление быть, как русские. Быть такими же умными и творческими, жизнерадостными в мире и беспощадными в бою, способными решить любую задачу и придумать все, что угодно. Наш национализм должен строиться не на принципе: «Я, блин, чел высшего сорта, ща как е…ну тебя по башке, тварь нерусская!», а на принципе кардинально ином: «Нравится, как я хорошо живу? Делай, как я – и дружи со мною!». И не будем мы мешать татарам быть татарами, а чеченцам – чеченцами. Просто наш образ жизни перетянет к себе самых талантливых и энергичных, а уж в своем горниле мы превратим таких очарованных – в русских по духу и поведению.
Единственная колония, каковую мы себе позволим – это Средняя Азия. Формально оставив ее независимой, русские привяжут ее к себе частью стока сибирских рек, требуя взамен полной лояльности, важного сырья (пока оно еще будет нужно) и нашей доли хлеба с орошенных сибирскими водами бывших пустынь – новых житниц Евразии.
Но рядом с национализмом мы поставим еще одну сильнейшую и весьма живучую идею. Ту, которая и придаст новому русскому национализму необходимые высоту, благородство и креативность. Ту, которая при этом станет притягательнейшим маяком для всех прочих народов Земли, что сделает нас в их глазах почти святыми, высочайшими моральными авторитетами.
Имя этой древней и вечно живой идее – коммунизм.
Грядет его время. Даже если они и будет называться как-то иначе. Сверхэффективные технологии грядущей эпохи, все эти энергоинверторы, установки холодного ТЯ-синтеза, нанофоры, искусственный интеллект, высокие организационные технологии, социальные системы 4-го поколения (СУ-4 по Игорю Бощенко) и хай хьюм – есть материальная база нового коммунизма. Именно эта техносфера позволяет избежать болезней СССР-1 и осуществить самые смелые чаяния. Как-то: необходимые жизненные блага – каждому. Государство – без бюрократии, но с делократией и с самоуправляемыми общинами («разумными» городами-футурополисами), с мыслящими творческими корпорациями (сплачивающимися в единое «мы»). С новой породой – уже не просто людей, а сверхлюдей. С неудержимым инновационным развитием. С высочайшей производительностью труда. С истинным гуманизмом, с заботой общества о развитии и счастье каждой личности.
Падут многие прежние трудности, исчезнут трагические противоречия ХХ века. В самом деле, чего будет стоить проблема частной собственности, если новые технологии почти уничтожат таковую? Коль все блага станут доступными, если энергия черпается из окружающего пространства, а нанофор способен сделать практически любую вещь, если деньги и торговля из-за этого сами собой (без всяких революционных декретов и распределительных карточек) сошли практически на нет – какой смысл будет в этой, как говорят малороссы, «приватной власности»? Ей на смену придет собственность интеллектуальная, в особой своей форме. Насилие станет «точечным» и минимальным, власть перейдет к Знанию.
Здесь нам пригодится бесценный опыт СССР – «гостя из будущего» в истории ХХ столетия. Нам понадобятся все «зерна грядущего», что содержались в Советском Союзе, подчас – так и не успевшие взойти. Здесь будет востребован и сталинский опыт, и прозрения Ивана Ефремова. От СССР мы возьмем главный принцип: империя должна стремиться не к максимальной прибыли, не к завоеваниям ради завоеваний и умножения числа подданных. Нет, главное – это забота о людях, обеспечение возможности их личностного роста, поощрение труда, творчества, созидания. А экономическая эффективность, расширение территории и прочее – только средства для достижения гуманистической цели. Конечно, СССР воплощал оный принцип далеко не лучшим образом, а иногда и пренебрегал им. Но мы-то, елки-палки, уже набрались опыта и можем быть и умнее, и последовательнее. Тем более, у нас для того будут в распоряжении подходящие технологии, каковых не имел СССР-1.
Как это ни парадоксально звучит, но даже тот, весьма несовершенный Советский Союз, был намного больше приспособлен к восприятию и применению сверхэффективных, «закрывающих» технологий, чем рыночно-капиталистический мир. Сами судите, читатель: Уэллс был прав, когда описывал тяжелейшие последствия от появления «закрывающих» и прорывных инноваций в капиталистической системе. Действительно, упразднение целых отраслей несет с собой безработицу и потерю места в жизни для миллионов человек, причем как в Америке и Европе, так и в нынешней Азии – это промышленной площадке глобализма. Корпорации будут просто сокращать штаты, заботясь лишь о снижении издержек. А в СССР закрытие устаревших отраслей могло бы вестись как общегосударственное дело, с переучиванием миллионов людей, с организацией новых передовых производств в старопромышленных районах. С созданием новых отраслей деятельности, например – гигантской сферы для вложений в человеческий капитал. И огромная экономия от новых технологий идет не на потребление зажравшихся олигархов – а на вложения в будущее страны, в ее нацию, в обустройство тех, кто работал в исчезнуших отраслях промышленности.
Но можно двинуться и дальше, к большему совершенству. Необходимо строить наиболее подходящие к новым технологиям социальные системы четвертого поколения. СУ-4 по Игорю Бощенко, людские нейросети.
Таким образом, вывод понятен: наилучшей стратегией для русских становится сознательное построение такой вот инновационной империи. Великой Руси/СССР-2. Такова объективная необходимость. Хотя мы прекрасно понимаем, что с ныне правящими существами таковое просто невозможно.
Однако строить империю надо. И если в РФ произойдет революция – тоже. Тем паче, что впереди нас ждут не только социально-экономические бури, но и природные катаклизмы. А тут без империи и вовсе не выжить…
Tags: Максим Калашников
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 60 comments