ГЕЛИОТЕКТУРА СЕРГЕЯ НЕПОМНЯЩЕГО-1

ГЕЛИОТЕКТУРА СЕРГЕЯ НЕПОМНЯЩЕГО

Максим КАЛАШНИКОВ

ГЕЛИОТЕКТУРА СЕРГЕЯ НЕПОМНЯЩЕГО
Второй путь для создания футурополисов – экологическая реурбанизация

О том, что города-футурополисы могут быть усадебно-тканевого типа (с двух-трехэтажными домами на одну семью), мы писали не раз. Но это – не единственная модель русского Города Будущего.
Еще одну модель предлагает архитектор Сергей Непомнящий. Это – гелиотектура (http://www.archsnip.com/). Создание компактного города-мегаскульптуры, вокруг которого – роскошная природа, и где люди живут в просторных, залитых светом жилищах.
Давайте совершим путешествие в эту мечту.

ГОРОДА-МЕГАСКУЛЬПТУРЫ, ПОЛИСЫ-МЕГАДОМА
Представьте себе город-дом, в плане похожий на плоский цилиндр. Или на пирамиду. Внутри города-гелиокластера – удобные, большие квартиры, окна коих не смотрят друг в друга. Все устроено так, что жителю города открывается вид на прекрасный простор. Каждый житель города-гелиокластера получает:
- не менее 500 метров природной видовой панорамы до горизонта;
- не менее 30 квадратных метров в квартире;
- не менее 15 квадратных метров в придомовом парке;
- не менее 10 квадратных метров спортивных и рекреационных пространств.
При этом город компактен. Он занимает минимум земельной площади, отчего себестоимость его сжимается до предела. Колоссальные средства экономятся на прокладке инженерных сетей и строительстве систем жизнеобесепечения: ведь все – компактно, все – рядом. Потери тепла в жилищах минимальны. Стало быть, падают не только цены на жилье, но и затраты на его эксплуатацию. Подчас затраты а отопление (во внутренних пространствах города-мегадома) падают до нуля.
Пространство здесь используется с максимальным эффектом. Города, похожие на холм с замком на вершине, на сказочный дворец, на Афродиту, встающую из морских волн. Город, как бы встроенный внутрь кольца из многоэтажных жилых домов и административных зданий. С прекрасным парком на крыше. Здесь люди живут фактически в одном супердоме, они могут сами управлять им, не тратя громадных усилий на расчистку улиц от снега, не зная слякоти и распутицы. Здесь полно атриумов, крытых пространств. Все в кратчайшей пешеходной доступности, лифты и траволаторы. Здесь не нужно тратить часы, чтобы добраться до работы или до нужной точки города. Затраты на общественный транспорт – сущий мизер.
Хотите увидеть такие города-гелиокластеры? Города-дома? Посмотрите их на видеоресурсе Максима Калашникова:


http://rutube.ru/tracks/2609301.html?v=74ecbb571112c40ec4d14753341cf8d7















Сергей Непомнящий рассчитывал свои города-гелиокластеры для строительства из привычных сегодня материалов. Но применение совершенно новых – сверхлегких и прочных, теплоизолирующих, бесцементных материалов – откроет перед гелиоурбанизацией потрясающие перспективы. Равно как использование новой энергетики, систем полной переработки отходов, компактных систем водоподготовки и очистки сточных вод.
Это - эффективное землепользование. Многократное снижение затрат на освоение территории. Доступное достойное жилье. Решение демографических проблем. Малогабаритная квартира – удобное жилье для малосемейных. Семья с 1 ребенком – 3 комнаты. Семья с 2 детьми – 4 комнаты. Семья с 3 детьми – 5 комнат. Ну, а доступные многокомнатные квартиры – это благополучие многодетных семей.
В основе проектов С. Непомнящего – простейшие конструктивные элементы, из которых как кубиков «Лего» собираются многоэтажные жилые дома со светоинсоляционными полостями, атриумами и открытыми террасами. В плане они имеют причудливо-изломанную форму, отчего ни одно окно квартиры не глядит в окно соседнее. Один из таких домов можно увидеть в Москве на Щелковском шоссе, 79. Или на улице Новая слобода, в столичной Ивантеевке (мультатриумный жилой дом). А сколько еще – в проектах? Но все это – лишь ступени к созданию городов-гелиокластеров, городов-домов.

РОЖДЕНИЕ ЗАМЫСЛА
- 1974 год. Московский архитектурный институт, факультет градостроительства. На стенах — поражающие воображение макеты «НЭР» — нового элемента расселения Гутнова, Лежавы, Садовского. Увлечение архитектурной футурологией. Книга Мишеля Рагона «Города будущего», ужасающие прогнозы Доксиадиса с экуменополисом (единым мегаполисом на всю планету) к середине XXI века, фантастически притягательные Аркологии Паоло Солери - рассказывает архитектор.
- 1977 год. Мучает вопрос: почему нельзя строить город, как огромную, свободную пространственную мегаскульптуру? Почему высокие идеи Паоло Солери о гармоничной концентрации полного комплекса городских функций на ограниченной территории – «Град по образу и подобию человеческому» на практике перерождаются в антигуманные и бесчеловечные ряды небоскребов, противопоставляющие себя природе? Что мешает? Где главные ограничения? Это не конструкции — уже тогда, в середине 70-х возможности почти не ограничены. Конечно, экономика. Может ли скульптура быть логичной и экономичной? Почему город — это отдельные, разбросанные на большом расстоянии друг от друга примитивные кубики? Расстояние между кубиками зависит от необходимости осветить фасады солнцем. Размер кубика зависит от необходимости осветить комнаты естественным светом. Что, сдерживающий фактор — недостаток солнечного света? Сравнил энергию света, поступающую на территорию застройки и энергию света, распределенную в помещениях, освещенных окнами. Получил поразительный вывод — КПД застройки, как системы использования света — 0,5—2%!
Нас отличало, и пока еще отличает, от Европы – бескрайность российских просторов. Норма европейского города – окна в окна. Для меня это – нож. Не хочу видеть чужую жизнь. Не хочу демонстрировать свою. В моем представлении главная ценность жилища – панорама на прекрасный ландшафт. Впрочем, даже если это просто крыши, снег – не беда. Главное, чтобы, как у Пастернака, «кроме крыш и снега никого»! Если это МОЙ дом, то он должен быть только МОИМ! И мне понятно НЕПРЕОДОЛИМОЕ желание русского человека поставить вокруг собственного дома шестиметровый забор. Хотя бы ограниченная часть этой бескрайности – но МОЯ!
Вот только будущего у нашей бескрайности нет. По крайней мере в мегаполисе. Урбанистические прогнозы однозначны: городское население увеличивается экспоненциально. Потребности в площадях каждого из горожан – тоже. В перспективе на 50 лет Московский мегаполис – это не только Химки, Железнодорожный, Рублево-Успенск с Раздорами, Барвихой и Лапино, но и Питер на севере с Тверью в центре, Тула на юге, Можайск, а то и Смоленск на западе и т.д…. Административное объединение Москвы с ближайшим окружением – это лишь констатация факта слияния множества городов в один.
В общем, развернуться широкой русской душе уже сейчас не просто, а будет еще тяжелее. Выбор между необходимостью уплотнения городской застройки с перспективой перманентного сближения домов окна в - окна до расстояния вытянутой руки с тем, чтобы сохранить хоть чуть-чуть живой природы вокруг города с одной стороны, или же уничтожение этой природы с тем, чтобы рассредоточить городские дома с другой – весьма болезненный. Моей архитекторской русской душе этот выбор причиняет страдание.
Тогда и появилась простая мысль – не столь существенно, как выглядит застройка, из каких конструкций она построена, важно, несколько она удобна и комфортна. Для жилья один из важнейших показателей комфорта – светоклиматический комфорт. Его можно представить себе как выполнение 4-х следующих условий:
- обеспечение квартиры дальней видовой панорамой;
- обеспечение прямого солнечного света, или инсоляции в части комнат;
- обеспечение естественной освещенности, т.е. освещенности рассеянным светом пасмурного или ясного небосвода в жилых комнатах и кухнях;
- обеспечение полной зрительной изоляции во всех помещениях квартиры и исключение возможности просматривания из окон в окна.
При этом каждое из помещений квартиры в зависимости от назначения имеет свои приоритеты зрительного комфорта. Например, для детской комнаты очень желательна инсоляция, причем утренняя. Напротив, в кабинете солнце мешает, зато нужна естественная освещенность. Для гостиной более всего важна дальняя видовая панорама, даже вид ночного города до горизонта дает ощущение сложной, постоянно меняющейся картины, хотя ни о какой освещенности в этом случае речь не идет. Ну и, конечно же, важнейшее значение имеет ощущение «приватности» квартиры, когда нет необходимости следить за тем, открыты или не закрыты шторы, светло или стемнело на улице, включен или выключен свет в комнате, когда личная жизнь гарантированно защищена от «бинокля» соседа напротив.
Как ни парадоксально это звучит, для того чтобы обеспечить помещение солнечным светом и видом из окна нужно совсем немного открытого пространства – всего лишь относительно НЕБОЛЬШОЙ СЕКТОР открытого пространства перед окном. НО! Прямо перед окном! НО! Ничем не перекрытый! НО! Ориентированный на солнце и природу!
Если добавить к этому еще «пятый элемент» - небольшую озелененную террасу при каждой квартире, где можно ухаживать за розами, укропом, или даже огурцами, или просто загорать на солнышке, не опасаясь посторонних взглядов, а еще и просторный солнечный зимний сад – то мы получим полноценную элементарную жилую ячейку – СОЛНЕЧНЫЙ МОДУЛЬ. Согласитесь, если у вас все это есть, то какая вам разница, какое расстояние между домами, и какой они формы? И вообще, город - это всего лишь один дом, пронизанный малым количеством секторов открытого пространства, куда обращены жилые помещения и солнечные террасы с розами, укропом и огурцами. Отсюда уже один шаг до солнечного города-мегаскульптуры – гелиокластера. Остается лишь отработать конструктивно очень простые и экономичные комбинации этих элементарных ячеек, из которых сразу, или поэтапно можно «лепить» объемный город. Не важно, какой этажности. Не важно, какого размера. Важен принцип – компактность, солнечность, уединенность, дальние видовые панорамы. По существу гелиокластер – это солнечная аркология с уединенными квартирами, распахнутыми в природу.
Основные положения теории были неоднократно подтверждены практикой проектирования и строительства начиная с 1985 года, когда после победы на конкурсе «Северный дом» Госстрой России принял решение о строительстве экспериментального жилого дома шириной корпуса более 40 метров с оптическими корректорами и атриумными световодами в г. Талнахе.
Я ищу путь к разрешению конфликта между стремлением каждого человека приобрести свое собственное, самое уединенное, самое сокровенное, самое природное место под солнцем, наполненное ароматами трав, пением птиц, журчанием воды и шумом леса, и необходимостью спасения природы от полного уничтожения.
Для меня этот путь имеет название экологическая реурбанизация. Реурбанизация — это строительство нового, гораздо более емкого и функционально насыщенного города на минимальной территории, существенно меньшей, чем границы сложившихся городов, оставляя в неприкосновенности памятники культуры и достаточно места для воссоздания природных ландшафтов. Экологическая реурбанизация — это такое строительство, при котором природа непосредственно входит в каждое жилище, наполняя его солнцем и светом, постоянно присутствуя фоном в окнах, распахнутых на дальние горизонты, не отмеченные зримыми следами вмешательства человека.
Пройти этот путь так, чтобы не оступиться на тонкой грани между огромным общим и скрупулезно выверенным частным помогает теория — реурбанистическая экология. Пока это лишь предварительная лоция, по которой можно с уверенностью утверждать, что путь действительно существует, и отмечены самые значимые ориентиры. Но я не исключаю, что детали, возможно весьма существенные, могут быть упущены. Я приглашаю Вас познакомиться с моим опытом, и рассчитываю на плодотворный диалог…


Слушаю Сергея и понимаю, что перед нами – модель новой России, органически дополняющая полисную, усадебную. Люди должны иметь выбор: кто-то захочет жить в усадьбах, но кто-то – предпочтет привычную «квартирную» обстановку. Им-то и можно дать города-гелиокластеры. Равные по численности населения, скажем, Москве, они займут площадь в несколько раз меньше. Они будут окружены прекрасной природой. Сегодня мы говорим о необходимости переноса столицы страны в Сибирь. Не строить ли ее именно так, на принципах экологической реурбанизации? Как город, состоящий из сонма гелиокластеров?
Окончание следует - http://m-kalashnikov.livejournal.com/361963.html

речь идет о выборе. Кто хочет - в усадебный футурополис пойдет жить. А кто хочет - в гелиополисы Непомнящего. Никто никого неволить не станет. Нужно разнообразие.
Здесь основной аспект - доступность. Я, конечно понимаю, что многие не могут без муравейника. В гены впиталось. Но посмотрите на мировой опыт.
Усадебный футурополис отнюдь не мешает активной научной, творческой и производственной деятельности. Даже наоборот. Достаточно иметь один набор минисельхозтехники на 10-20 усадеб и соответствующего специалистьа (садовника) на общественном содержании, коль сами не хотите лопатой махать.
Ведь у России в этом отношении уникальнейшие возможности. Если, конечно, землю просрать не успеем. А муравейники хороши для Европы. У них там свободной земли нет.